Книга Медкомиссия. Строгий врач, страница 33 – Лучия Мун

Я видела, такое часто делают во взрослых фильмах и не знаю делают ли в жизни.

И уж точно такое не делают в кабинете врача.

А жаль.

Черт. О чем я думаю… Боже-боже-боже…

Игла продолжает вводить. Больно до того, что я сжимаю пальцы и впиваюсь ими в ткань халата. Если бы было что кусать, я бы укусила…

Голос доктора сзади:

— Ну? я не слышу счет…

Трясущимся от боли голосом продолжаю:

— Девять…

Доктор советует:

— Дыши.

Вздыхаю и считаю опять:

— Одиннадцать…

И вздыхаю. Собираюсь считать еще… Пока говорю вслух, боли как будто нет. Со счетом как будто легче… Хороший совет…

Собираюсь произнеси следующее число, но врач удовлетворенно выдыхает:

— Ну вот и все, — и выводит из кожи иглу, — а ты боялась.

Стою. Молчу.

Интерн встает и отходит от меня, садится напротив — как будто на уроке у старшего опытного врача. Наверное, так и есть, он здесь проходит практику.

Опускаю глаза. Не смею даже опустить вниз подол халата.

Страшно.

Боязно.

Уже привыкла — без его команды нельзя. Это непреложное правило. Он может разозлиться. Может поругать.

— Опускай халат. На сегодня все. У меня… сейчас мало времени.

Поворачиваюсь, смотрю на него — доктор убирает использованные шприцы, и в голове против воли вспыхивает… по аналогии… использованные презервативы… хоть я и не разу в жизни не видела что это такое, в руках не держала.

Не знаю что со мной.

Глаза врача вспыхивают огоньком — смешным, ироничным:

— А интерны наши никуда не торопятся. Если бы ты не бунтовала, тебя бы смотрел Андрэ.

Перевожу на него взгляд, он очень вежливо мне кивает. Я чуть не буркнула глупое “здравствуйте” от неожиданности.

Отвожу глаза.

Может, и зря я так психанула. Может… Но нет. Как случилось — к лучшему.

Врач смотрит на интерна, кивает ему:

— Останьтесь на разговор.

Переводит взгляд на меня и продолжает:

— А вы можете быть свободны…

Он смотрит на часы,

— … до вечера. Вы уже не успеваете на анализы. Так что вечером их и прибавим к процедуре. Я сам у вас все возьму.

Я не знаю как быть. Уходить уже как-то не хочется, но мне нужны мои вещи. Хотя бы трусы надеть. Хотя бы телефон.

Решаю ничего не говорить медсестре, если увижу ее в своем номере. Блин, то есть в палате. А вечером доктору скажу.

* * *

В палате никого нет, закрываю дверь и валюсь на кровать в бессильи.

Черт!

Я не знаю что мне делать. И даже хуже — я не знаю чего я хочу!!!

Я не могу разобраться в себе, я не могу договориться с собой чего я хочу нафиг!

Блин. Выдыхаю. Смотрю в потолок и пытаюсь понять: я боюсь вечера или… его жду.

* * *

Мне принесли обед — занесла вовсе не медсестра, а какая-то незнакомая женщина. Серое платье, фартук, на голове — необычный убор и впереди тележка — прямо как в голливудских фильмах. Ну или в лучших гостиницах у нас.

В тарелке плещется суп, по вкусу мясной, но плавают картошка, фасоль, морковь и зелень.

На второе умопомрачительное пюре, залитое томатно-мясным соусом и две котлеты. Больших, в панировке из сухарей. И рядом веточка петрушки — изысканно, но вместе с тем по-домашнему.

И на третье — компот.

Я ждала чай, потому что обожаю чаевничать. Хрен знает как продержусь здесь без чая дальше. Либо на обед они чай просто не дают. Вчера-то чай был, просто я не ощущала от него кайф.

С удовольствием ложечкой ем суп, зачерпываю полную и сразу в рот — горячий, насыщенный, вкусный. И хочется сразу вприкуску с котлетой — оголодала я прилично, ем так, будто не ела никогда.