Книга Медкомиссия. Строгий врач, страница 8 – Лучия Мун

Я открываю рот, чувствуя, как нижняя губа предательски дрожит.

Первое касание металла к зубам заставляет меня вздрогнуть.

— Шире.

Лопасти входят между резцов. Холодные. Мокрые от дезинфектанта.

Щелчок — фиксаторы закрепляются на коренных зубах.

— Еще шире.

Он начинает крутить винт.

Медленно.

Намеренно.

Мышцы рефлекторно сокращаются, слюна стекает по подбородку, губы трескаются в уголках…

Горло непроизвольно сжимается, пытаясь защититься от вторжения

Он наблюдает, как мое тело борется само с собой.

Потом берет штуковину, похожую на металлический серп и обращается к медсестре:

— Поставьте ей правильно голову. — Теперь посмотрим глубже. Ирина Петровна, у нас ларингоскопия, если будет дергаться — пристегни.

Металл скользит по языку, холодный и неумолимый. Он продвигается все глубже, глубже… Причиняет боль, неудобства, неприятное ощущение…

Дышу.

— Носом, — командует то врач, то медсестра.

Край инструмента упирается в корень, прижимая его вниз. Мое горло сжимается в панике.

Нельзя глотать. Нельзя дышать.

Рвотный рефлекс безумный, страшный — зеркало царапает мягкое небо. Тело бунтует, живот сжимается в спазме, но инструмент держит рот раскрытым намертво.

Пальцами перебираю, ногтями впиваюсь в кушетку. Еще секунда — и я трону доктора за рукав.

Тошнота накатывает, ком в горле, по щекам потекли слезы — горячие, соленые. Одна капля попала в ухо, другая утекла в волосы. Я чувствую, как они остывают на коже.

Доктор двигает инструмент в моем горле — дикий спазм, боль, тошнота и я дергаюсь… Руками против воли вцепляюсь в его локти.

Он успокаивает, но делает это по-врачебному строго:

— Тише-тише. Не надо так… Успокойся.

Его ладонь ложится на мой живот, чувствуя каждый мой спазм. Пальцы слегка надавливают — внизу, где кожа особенно нежная.

— Какая чувствительная у нас девочка, Ирина Петровна. Какой к нам пришел клад…

Последние слова меня настораживают, хоть и желудок выворачивается наружу и мне очень тошно.

“Какой к нам пришел клад…”

Что он хочет этим сказать?

* * *

Я лежу.

Мокрая от слюны, слез, пота.

Беспомощная.

Униженная.

Инструмент вынимается с мокрым звуком.

— Хорошая девочка.

Эти слова обжигают сильнее всего. Я понимаю, что здесь что-то… нечисто. Что-то неправильно, грязно, но…

Я уже тут. И выбираться отсюда я намерена только с пройденной и подписанной медкомиссией. И пока только — мой первый день.

Ловлю его взгляд, вытераю слюну тыльной стороной ладони и решительно спрашиваю:

— А это и есть… дополнительный осмотр?

Доктор бросает на меня строгий взгляд:

— Нет. Пока это только общий осмотр тела.

Общий?

А что же тогда будет потом…

* * *

— Колоть сегодня будете? Для осмотра в кресле я все подготовила.

— Конечно, курс витаминов с первого дня. Это минимум. И дальше уже посмотрим по анализам чего девочке надо, — он игриво улыбается мне, — а ты чего, жениха-то еще не завела?

— Нет, — отвечаю глухо.

— Ну и зря. Придется тебя через попу смотреть. Но ты не бойся, это даже полезно…

Голос медсестры:

— Тем более наш доктор всегда тщательно смотрит.

— Ну-ну, не расхваливай.

Усмехается, переводит взгляд на меня. Мельком интересуется только что заведенной карточкой и продолжает говорить на эту страшную тему так легко, будто это простой разговор.

— Значит так: сейчас берем анализ, потом идешь на клизму, смотрим тебя хорошенько, потом уколы и… на сегодня все.