Книга Его случайная проблема, страница 88 – Лана Нежная

— Вита, — он наклоняется вперёд. Локти на столе. Взгляд тяжёлый, не отпускает. — Почему мы не разведены?

Я фыркаю. Резко. Больно.

— Потому что ты обманщик. — Вспоминаю, как он схитрил с условиями. — Общий ребёнок, да?

— Только поэтому? — Бровь изгибается дугой. Не насмешка. Скорее… удивление. Или вопрос.

— Вадим, чего ты хочешь? — Я поднимаю глаза. Встречаюсь с ним. — Чтобы я тебе опять в любви призналась? Это уже перебор, не находишь. Я всё-таки девочка, не пацан.

— Я просто думал, что ты вернулась в родную обстановку и одумалась. Поняла всё.

— Что поняла?

— Что мы слишком… слишком разные…

Слово падает, как камень. Бьёт в самое больное. «Разные». Боже. Горло сжимается, внутри всё сжимается в тугую, раскалённую пружину. Меня начинает колотить.

— Вадим, это глупо. Знаешь, как говорят — случайности не случайны. Если бы мне сейчас предложили выбор: откатить всё назад и две ветки реальности. В одной я живу счастливо, без проблем, но я тебя никогда не встречу. А в другой — та, которую я уже прожила и с тобой. Я бы выбрала вторую. Не задумываясь. Потому что встреча с тобой того стоила. Может, это не случайность, может, судьба. И по-другому мы бы вообще никогда не встретились. Но для тебя разница в социальных статусах, в «правильности» оказалась важнее… А мне, как видишь, не так много нужно для жизни. Как ты там говорил: домработница, повар, водитель? — смеюсь, но звук выходит рваным, ломается на полуслове. Глаза пекут.

— Ты не понимаешь, — его голос становится тише, но твёрже. — Я должен был дать тебе выбор. И возможность всё спокойно обдумать. Без давления.

— И сколько я должна была думать? — Голос дрожит. — Прошло больше четырёх месяцев, Вадим. Четыре.

Он молчит. Смотрит в стол. Потом поднимает глаза.

— Я думал, у тебя отношения с Кириллом.

Я замираю. Кружка в руках кажется свинцовой.

— С чего ты это взял вообще?

— Слухами земля полнится… Инструктор твой… — он отводит взгляд. В оконном стекле отражаются сумерки, его силуэт. — До вчерашнего вечера был уверен. Я думал, вы живёте вместе.

— Чего?! — вырывается громче, чем хотела.

— Я же приезжал к тебе домой. Не раз. — Он говорит медленно, будто подбирает слова. — Но там всегда было пусто. Я не знал, что ты там не живёшь. Думал… у него.

Сижу. Смотрю на него. И понимаю, что ничего не понимаю. Он приезжал. А я думала, что ему всё равно.

— Почему не позвонил? — спрашиваю. Очевидный вопрос. Голос уже тихий, сломанный.

— Хотел поговорить лично.

— А когда я приехала в сервис, резко перехотел?

Он закрывает глаза. На секунду. Потом открывает. Взгляд усталый, без брони.

— Первый раз растерялся, честно… А потом уж прости. Приехала чуть ли не в сорочке и говоришь, что у тебя дела и тебе нужно срочно ехать к Рубцову. В таком виде, Вита… Что можно думать, когда девушка в ночной на голое тело едет к взрослому мужику? — сводит брови. Смотрит в упор. Жёстко.

— Да что вы прицепились к платью?! — Я вскрикиваю. Ладони дрожат. — Это платье…

— Под платье обычно надевают бельё, — он перебивает. Тихо. Но каждое слово как лезвие. — А это ночнушка. В таком виде из дома выходить нельзя… Такое можно показывать только одному мужчине. Не всем.

— Я для тебя… А ты… Боже… Почему так сложно? — утыкаюсь лицом в ладони. Слеза срывается, падает на запястье. Горячая. Предательская.