Книга Дарю счастье на 100 миллионов, страница 13 – Милана Усманова

— Страховка – стандартное требование, – объясняла Света, раскладывая передо мной бумаги. – Банк хочет гарантий. Если с кем-то из вас что-то случится, кредит будет погашен.

— Что значит «что-то случится»?

— Ну, болезнь, несчастный случай… – она замялась, – смерть.

Слово повисло в воздухе. Неприятное, какое-то липкое, у меня аж мурашки от ужаса по коже побежали.

— Не думай об этом, – вмешался Кирилл. – Это формальность, так делают все.

Все так делают. Его любимая фраза. Как будто «все» – это неоспоримый аргумент.

Я смотрела на стопку документов. Цифры плясали перед глазами. Сто миллионов. Проценты. Графики платежей. Штрафы за просрочку. Залог.

— Люба, если ты не подпишешь, кредита не будет, – мягко надавила Светлана. – Без кредита не будет производства. Без производства так и останешься в ларьке. Это только твой выбор.

Мой выбор. Она умела так сказать «твой выбор», что на самом деле выбора не оставалось. Кирилл положил руку мне на плечо, сжал.

— Я буду рядом. Мы справимся вместе, доверься мне.

И я взяла ручку. Замерла на секунду, задержав дыхание, будто собралась спрыгнуть со скалы в ревущее, беспощадное море, и резко подписала. Страницу за страницей. Не читая. Не думая. Потому что Кирилл сказал «доверься», а я любила его, он – моя семья, родные не предают и не подставляют, не так ли?

На последнем листе стояла сумма страховки: сто двадцать миллионов рублей в случае смерти заёмщика.

Я подписала и это.

Вечером мы отмечали «успех» в ресторане. Кирилл заказал дорогое шампанское. Света произносила тосты. Все смеялись, чокались, строили планы.

А я сидела и чувствовала себя странно. Не счастливой, как положено. Не испуганной, хотя поводы были. Просто… опустошённой, как будто что-то важное только что закончилось, а я и не заметила.

— За нашу Любочку! – провозгласила Света, поднимая бокал. – Без неё ничего бы не было!

Они выпили за меня. А я смотрела на их улыбающиеся, довольные лица и впервые задумалась о том, а вдруг дядя Ашот был прав?

Что, если я совершила огромную ошибку?

Но отступать было поздно. Документы подписаны. Деньги на счету. Машина запущена. Оставалось лишь надеяться, что она не раздавит меня.

Глава 4

Глава 4. Холодный цех

Прошло два года.

Если бы кто-то сказал мне тогда, в день подписания кредитного договора, через что мне предстоит пройти, я бы не поверила. Или поверила бы, но всё равно подписала. Потому что я любила и доверяла. Потому что была дурой.

Цех мы открыли в ноябре, в промзоне Шушар. Бывший склад, переоборудованный под пищевое производство. Когда я впервые вошла внутрь, сердце ёкнуло: огромное пространство, бетонные стены, гулкое эхо шагов. Пахло сыростью и машинным маслом. Но Кирилл смотрел на это с восторгом первооткрывателя.

— Представляешь, что тут будет? – он обвёл рукой пустой зал. – Линии, конвейеры, холодильные камеры. Настоящее производство!

Я попыталась – и то, что представила, напугало

Первые три месяца были адом. Ремонт затянулся, подрядчики срывали сроки, оборудование пришло с браком. Деньги утекали, как вода в песок. Каждую неделю Света приносила новые счета, и цифры в них росли с пугающей скоростью.

— Это нормально, – успокаивал Кирилл. – Все стартапы так начинают. Сначала вкладываешь, потом получаешь.

Я не спорила. Я работала. С утра до глубокой ночи, без выходных, без праздников. Пока Кирилл «вёл переговоры» и «выстраивал связи», я стояла в недостроенном цеху с бригадой таджиков, объясняя через переводчик, как должны располагаться разделочные столы.