Книга Дарю счастье на 100 миллионов, страница 19 – Милана Усманова

К вечеру отпустило. Я лежала, обложенная проводами и трубками, слабая, как новорождённый котёнок. В вену тянулась прозрачная трубка капельницы, по ней медленно стекала какая-то жидкость. Лекарство.

Я, обессиленная, задремала.

Проснулась от неясной тревоги, кольнувшей сердце. Палата тонула в полумраке. За окном царила непроглядная ночь. Свет лился лишь от аппаратуры: зелёные и красные огоньки, тихое попискивание монитора.

Мой взор соскользнул в сторону двери, где застыли два размытых силуэта. Я проморгалась, чтобы глазам вернуть чёткость. И вот я смотрю на самых близких для меня людей, на Кирилла и Свету.

Я хотела спросить, что они тут забыли в столь поздний час? Но язык не слушался. Тело было ватным, тяжёлым. Веки закрывались сами собой. Что мне вкололи? Почему так сложно двигаться? Муж с подругой подошли к кровати. Кирилл встал слева, Света замерла справа. Как конвоиры, или как палачи.

Кирилл наклонился к моему уху. Его дыхание было тёплым, а слова взрезали нутро острейшим скальпелем.

— Любочка, – прошептал он нежно, – мне очень жаль. Правда, жаль. Ты была хорошей женой, работящей и талантливой. В этом мне с тобой реально крупно повезло!

Была. Он сказал «была». Я попыталась открыть глаза шире, но веки словно налились свинцом.

— Но пять миллионов на операцию… – он печально вздохнул, – это слишком много. Ты же понимаешь, ты сама всегда была за рациональный подход.

С другой стороны склонилась Света, её голос был деловитым, скучающим:

— Даже если бы мы потратились на пересадку, ты бы стала балластом. Не смогла бы работать в цеху, пришлось бы постоянно покупать тебе лекарства, соблюдать диету из дорогих продуктов. Ты бы стала по-сути инвалидом, а кому это нужно? Уж точно ни Кириллу, ни мне. И тебе тоже не нужно.

Она говорила обо мне, как о сломанном оборудовании, которое необходимо списать, утилизировать.

— А страховка покроет кредит полностью, – продолжил Кирилл. – Сто миллионов, плюс двадцать сверху. Мы всё проверили. Так что, сама понимаешь, математика простая.

Я хотела закричать, но из горла вырвался только слабый хрип.

— Тш-ш-ш, – Света погладила меня по волосам, и от этого прикосновения стало физически тошно. – Не мучайся. Мы же не звери, всё сделаем быстро. Ты просто уснёшь.

В руке Кирилла блеснул шприц. Прозрачная жидкость внутри, миллилитров пять, не больше.

— Это почти невозможно обнаружить, – сказал он будничным тоном, как будто объяснял рецепт соуса. – Если не знать, что искать. А никто не будет искать. Ты же была больна. Почки отказали раньше отмеренного срока, так бывает.

Он взял трубку капельницы, нашёл порт для инъекций.

— Прощай, Любочка.

Игла вошла в резиновую мембрану, большой палец надавил на поршень. Я смотрела, как прозрачная жидкость медленно смешивается с лекарством в трубке, перевела взор на сосредоточенное, спокойное лицо Кирилла. Он не нервничал, не боялся. Просто сделал то, что задумал. И, видимо, задумал давно.

— Не будь такой дурой в следующей жизни, если она, конечно, у тебя будет, – торжествующе хмыкнула Света и отступила в тень.

Кирилл вынул шприц, спрятал в карман. Посмотрел на меня в последний раз:

— Не держи зла, Люба. Это просто бизнес.

Холод пополз по венам к плечу, к сердцу. Медленный, неумолимый. Тем временем мои убийцы вышли, тихо притворив за собой дверь.