Онлайн книга «Дарю счастье на 100 миллионов»
|
А я лежала и чувствовала, как по капле покидает моё тело заветное тепло… Последнее, что подумала: «Я потратила часть своей жизни на того, кто в итоге своими руками бросил меня в могилу»… Холод. Он был не только снаружи, он окутал меня всю изнутри. Вязкий, тяжелый, он пропитывал костный мозг, как маринад пропитывает волокна дешёвого мяса, делая его мягким и хотя бы отчасти ароматным. Это был не тот бодрящий мороз, что щиплет щёки на Невском в январе. Нет. Это был технический холод – плюс четыре градуса по Цельсию. Стандартная температура холодильного цеха, температура, при которой останавливается размножение бактерий и…, как в моём случае, сама жизнь. Я попыталась вдохнуть, но легкие словно набили колотым льдом; в ушах стоял монотонный гул промышленных компрессоров. Жжж-жжж-жжж. Звук моей персональной преисподней. «Люба, ты проверила партию “Сибирских?”, – голос Кирилла звучал где-то над головой, искаженный, будто пропущенный через плохой динамик. – Там возврат. Снова брак по тесту». Я хотела ответить, что тесто плывет, потому что он сэкономил на муке, купив первый сорт вместо высшего, но губы не слушались. Перед глазами понеслись картины из прошлого, а точнее – последние три года. И в них я не могла найти ни одного решения, которое приняла бы сама. Ни одного. Кредит – идея Кирилла. Цех – идея Кирилла. «Уваров-Продукт» – даже название его, не моё. Я была соучредителем на бумаге, а на деле чернорабочей. Нет, хуже. Рабыней. Бессловесной, безвольной, послушной. Не принимала решений, просто плыла по течению, понукаемая рукой мужа. «Доверься мне», – говорил он, и я доверялась. «Так надо», – убеждал он, и я делала. «Без тебя качество упадёт», – внушал он, и я стояла в этом проклятом цеху, пока почки не отказали. А я ведь была соучредителем, в моих руках была реальная власть послать их всех! Какая насмешка! Темнота сгустилась. Холод стал абсолютным. Последнее, что запомнила – это запах. Не лекарств, не хлорки, а запах увядающих цветов. Дешевый букет в хрустящей целлофановой обёртке, брошенный на тумбочку у больничной койки. И слова. Слова, которые жгли сильнее, чем отказывающие органы. «А страховка покроет кредит полностью. Сто миллионов, плюс двадцать сверху. Мы всё проверили. Так что, сама понимаешь, математика простая». Я дернулась всем телом, пытаясь вырваться из этого ледяного кокона. «Не будь такой дурой в следующей жизни, если она, конечно, у тебя будет». Сцепив зубы, выкручивая суставы, я бросилась вперёд! Ещё! И ещё! Третий рывок был таким сильным, что я едва не упала! Воздух ворвался в горло с судорожным всхлипом, такой тёплый, сухой. Живой. И я распахнула мокрые от слёз глаза. Глава 6 Глава 6 Глава 6. Новое начало Потолок. Белый, с трещиной в углу, похожей на молнию. Знакомая трещина. Я смотрела на неё тысячу раз, лёжа без сна, мечтая о будущем. Это был потолок моей съёмной квартиры на Петроградке. Сердце заколотилось, я, не помня себя, резко села, и ошалело осмотрелась: маленькая комната с окном во двор-колодец. Шкаф, который мы с Кириллом купили в ИКЕА и три часа собирали, ругаясь и смеясь. Стол у окна с моими кулинарными книгами. Фартук с подсолнухами на крючке у двери… Всё было на месте. Всё было как раньше. Рядом, на соседней подушке, кто-то зашевелился. |