Книга Врач. Измена. Точка! Это конец!, страница 10 – Анастасия Леманн

От таких неожиданных откровений своей дочери я внезапно растерялась.

Нет, я хорошо знала, что Софа, как и отец, как и я, правдоруб, но не настолько.

— Соф, я понимаю, куда ты хочешь поступить! МХПИ — прекрасный достойный вуз! Но там нет бюджетных мест даже при твоей блестящей учёбе! У деда и бабушки и у нас есть хорошие связи, но связи связями, а всё решают деньги! Есть и другие не менее достойные вузы!

Софа вздохнула. В её вздохе было что-то такое, что-то особенное, то, что заставило сердце сжаться, немедленно сжаться.

— Я хочу именно туда! Именно графический дизайн! Собственную разработку, но это всего лишь мечты! Закрыли тему!

В такие моменты ощущаешь себя ужасно, жалеешь, что ты не олигарх, но понимаешь, что изменить ничего нельзя.

Да, каждый родитель старается дать лучшее своим детям, только есть такая вещь, которая называется обстоятельством, и ты понимаешь: её не изменить. Просто не дано — и всё.

— Мам, а ты не пробовала искать своих родителей?

Вопрос Софы прозвучал так остро, когда мы заходили домой, что я едва не пошатнулась, снимая сапоги.

Эта тема всегда была под запретом, и почему Софа коснулась её сейчас, я не понимала да и не хотела понимать. Что-то болезненное, тяжёлое, особенно перед днём рождения, особенно перед Новым годом.

— Соф, я не хочу это обсуждать! Если бы кто-то хотел, меня бы давно нашли! Тема закрыта, я пью кофе и на работу!

Захожу в ванную, закрываю за собой дверь и включаю воду. Больно? Очень. Ведь мне будет тридцать четыре, а я до сих пор не знаю, кто мои папа и мама, не знаю — и всё...

Я ополоснула лицо холодной водой, забыв совсем про тональный крем. Чёрт возьми... Сейчас наносить макияж... Умывшись, вздохнула и принялась приводить себя в порядок. Лёгкий макияж, уверенность и улыбка. Никто не знал, как мне больно. Очень. В глазах давно залегла боль, которую я искусно прятала, да и кому она была интересна.

Лиза — прекрасный человек, но своя рубашка ближе к телу. Стас — её брат, и я понимала, что случись что, как бы кто ни хотел, скрипя зубами, она выберет сторону брата и примет его решение.

Как и он был против Марка, но всё же принял его.

На семейных праздниках с холодным лицом, но всё же сидел, хоть и дружил с первым мужем Лизы. Это его сестра...

Взмахнув кисточкой, подвела нижние реснички, чуть прокрасила верхние и убрала тушь обратно в косметичку.

Через час выходить, сегодня очень плотная запись.

Отпив ещё кофе, вздохнула. Надо же, не спала всю ночь, и следов бессонницы нет. Первое время в том году я вообще не спала, а потом... Потом вроде стало полегче, какая-то неизбежность, пустота, но всё же...

Стало полегче, я перестала себя терзать. А сейчас опять. А может, это декабрь? В декабре мне всегда плохо. Нет ответов на мои вопросы: кто я, откуда... А ещё в декабре мой муж мне изменил, и этот кошмар продолжается год, ровно год.

Мне кажется, ещё год я не выдержу, я просто сломаюсь, я просто уйду...

Вечер протекал в пациентах без приключений. Отпустив последнего пациента и свою медсестру, милую улыбчивую Надюшу, пораньше, я принялась собираться. Хотя собираться особо было нечего, но всё же.

Дома ужин и сон. Хотя, несмотря на бессонную ночь и день, проведённый на ногах, в сон меня, как ни странно, не клонило.