Книга Притворщик, страница 56 – Юлия Резник

И снова наши губы близко-близко. Мы целуемся. Все дрожит… Губы, пальцы, что-то внутри трепещет. Очень быстро кончается воздух, и я отстраняюсь, чтоб урвать хоть глоток.

— Ну, раз мы передумали покупать эту квартиру, нам, наверное, лучше отсюда поскорее убраться?

— А мы передумали?

— Ну… вообще я поняла, что согласна, – сиплю я и тут же испуганно добавляю: – Если ты не шутишь.

Ответом мне служит поцелуй. Еще более голодный и отчаянный. Я это отмечаю краем сознания, будто не мне до сих пор нужны какие-то доказательства его искренности. Меня же никто никогда не выбирал. За другими детьми нет-нет да и приходили, а мне никогда не везло. Вот почему я почти не могу поверить в реальность происходящего. Это так трудно на самом деле, что мне нужны материальные подтверждения. И я начинаю сдирать с Матиаса рубашку, забыв о том, что мы в чужом доме. И что в любой момент сюда может нагрянуть риелтор.

— Стоп, малыш, погоди… – тормозит меня Мат.

— Что? Эй… Почему?

— Я же сказал, не хочу, чтобы было все как со всеми.

— Потому что я особенная… – на самом деле я не вкладываю вопрос в свое замечание, оно невольно так получается.

— Да, именно поэтому, – сипит Матиас, утыкаясь лбом мне в плечо. Он тоже тяжело дышит. Его виски покрывает испарина. И хорошо, что его желание проявляется так наглядно, это не дает мне загнаться.

— Знаешь, а ведь оно и так не будет как с другими, – шепчу я, касаясь его лица пальцами. Матиас отстраняется, чуть нахмурив рыжеватые брови. И в попытке понять, куда я клоню, принимается шарить по моему лицу внимательным взглядом. А я теряюсь от накатившего некстати стеснения.

— Что ты имеешь в виду? – Прячу лицо в основании его шеи. – Ань…

— Ты будешь моим первым.

Поглаживающие меня по волосам руки вдруг замирают.

— Шутишь?

— Нет.

Самый откровенный разговор в моей жизни прерывает оглушительно громкий в свалившейся на нас тишине звонок мобильника. Я успеваю сто раз пожалеть о своем признании, уж лучше бы он узнал правду, когда она перестала бы иметь значение, ну правда. Потому как я теперь чувствую себя еще более неуверенно. Вдруг он подумает, что на меня никто не позарился? И из-за этого засомневается в своем выборе?

— Тогда тем более, – говорит Матиас, прежде чем ответить.

— Тем более что?! – чуть не плача, переспрашиваю я.

— Тогда тем более нам стоит подождать до свадьбы, – поясняет он, прикрыв рукой динамик. И уже не ко мне обращаясь, бросает: – Да, Иван… А мы уже поднялись. Нет-нет, не в квартиру. Мы ко мне зашли.

Матиас с улыбкой на меня косится. К нему?! То есть все это время мы были в его квартире?

Он сворачивает разговор и, как ни в чем не бывало, протягивает мне руку.

— Ты гад. Я тебе говорила?

— Да брось. Разве я стал бы тебя валять по чужим кроватям?

— Откуда мне знать? – бурчу я, недовольная больше собой, чем им. Ведь это мне не пришло в голову озаботиться такими очевидными фактами, как санитария.

— Я пиздец какой брезгливый. Тебе еще много предстоит обо мне узнать. Поэтому пойдем, не будем терять времени.

По объявлению перезванивают, когда мы, вернувшись домой, устраиваемся всей семьей в гостиной перед телеком. Я извиняюсь и начинаю пробираться из комнаты, чтобы никому не мешать, но заметив, как напрягается Матиас, тут же меняю план. То, что мне достался ревнивец – бесспорный факт. Не хочу его провоцировать, как бы ни тешила моего самолюбия его ревность.