Книга Титановый король, страница 114 – Юлия Резник

— Я знаю, – знаю и, может быть, именно поэтому так его люблю. – Но он – не ты.

А я – не Лиза… И, кстати, учитывая ситуацию, может быть, даже лучше, что у нас так… без любви. У него. А впрочем, кого я обманываю?

— Дина…

— Да?

— Я, кажется, опять не так выразился. В смысле… если что-то с тобой случится, я буду рядом. Ты можешь на меня положиться. Понимаешь?

Понимаю. Да… Но понимает ли он, что я не захочу жертвы? Если бы он любил меня – другое дело. Но так, исключительно из чувства долга… Нет, спасибо.

— Спасибо.

— Мне очень хорошо с тобой. Ты не представляешь, как много стала для меня значить. Вчерашняя ночь… Если бы не ты, я не знаю, как бы это все переживал.

— Что именно?

— Да так… Воспоминания. Накатило. Не бери в голову…

— Ладно.

— Я понимаю, что со мной, наверное, сложно. И иногда кажется, будто я недостаточно ценю, что у нас есть… Так вот, это не так. Просто мне нужно со всем разобраться, понимаешь?

— Понимаю. И Фед…

— Да?

— Я тоже всегда рядом. Если ты хочешь поговорить или…

— Я знаю. – Мне кажется, его голубые глаза влажнеют. Но, конечно, он берет себя в руки, не проронив ни слезы. Я подхожу ближе и снова прячусь в его руках. Может, он все еще любит Лизу, но то, что его тянет ко мне – бесспорно. Господи, дай мне сил.

— Ты не сказала, когда?

— Когда, что? – удивляюсь.

— Когда тебе сделали операцию?

— Десятого октября. – Я трусь носом о его скулу. – А какая разница? – Руки Феда у меня на спине сжимаются. Я словно в тисках. – Эй, Федь… Ты делаешь мне больно.

— Прости! – отшатывается, ловит мой взгляд и дрожащей рукой проходится по моей щеке. – Я не хотел.

Я киваю и отвлекаюсь на телефон.

— Охрана. Наверное, родители с детьми приехали. Да? – переключаюсь на разговор с охранником, которого забыла предупредить о визите гостей. Впрочем, Фед не дает мне сосредоточиться. Он обнимает меня со спины и целует в шею, в макушку, проходится руками по телу…

— Эй, мы не можем сейчас… Там твои родители.

— Да. Мы не можем, – кивает он и смотрит, смотрит, как будто в первый раз видит. И заправляет за ухо пряди. Отросшие в прошедшие несколько месяцев даже больше, чем за весь последний год.

Федор

Последние сутки выдаются просто ужасными. Мне бы побыть наедине с мыслями. Прижаться к Дине и просто помолчать. Но приезжают родители, привозят малых, и начинается…

— Ой, Диночка, как у вас здесь хорошо, тихо… У нас тоже дача есть на другой стороне города. Но там, конечно, от дачников шум…

— Да, я люблю это место.

— И дети… Они тоже, кажется, влюблены в него. Все уши мне прожужжали про какой-то веревочный парк.

— Что за веревочный парк? – хмурый, как туча, отец делает над собой усилие в попытке хоть так поддержать разговор.

— Там, за домом… Можете посмотреть. Отсюда хорошо видно.

Мать с отцом встают из-за стола.

— Шею они там не свернут? Выглядит довольно опасно, – нудит отец.

— Нет-нет. Там страховка, всякие карабины… Даже Федя лазил.

— Ну, оно-то понятно, Федя еще сам дите.

— Алеша! Ты опять?! – взвивается мать. А мне лень… лень даже злиться. Я за последнее время испытал столько эмоций, что прямо сейчас на них просто нет сил.

— Я с вами не соглашусь, Алексей Михайлович. Федор настоящий мужчина. Ответственный, заботливый, стойкий… – в запале Дина касается моей руки. И то, с каким отчаянием она бросается на мою защиту, влияет на меня гораздо сильнее, чем батино идиотское замечание.