Книга Амнезия. Мой не бывший, страница 12 – Иден Хол

Но он отреагировал самым неожиданным образом. Он сразу же сделал предложение, да так, что отказаться было просто невозможно.

И казалось бы, вот оно счастье, хватай и беги.

Если бы не обстоятельства. И уже не столько дело в его предательстве, сколько в том, что я вообще не знаю где он. Есть ли у моего ребенка отец?

— Рус? – шепчу, пока врач вытирает гель с моего еще совсем плоского живота. – Ты нашел его?

И то, что он отвечает не сразу, мне не нравится.

— Рус! – тяну его за руку. – Ты сказал, что найдешь!

— Из доставленных нет никого с таким именем и приметами. Народу много, может, еще не довезли.

— Ему было очень плохо, он должен был быть первым! – меня снова начинает трясти.

— Полный покой и никакого стресса! – напоминает узист, – опасность еще не миновала. Глеб, я приглашу дежурного акушера, куда определяете девушку?

— В мое отделение, – сразу отвечает Горин, – будет под присмотром.

— Рус, ты обещал, – я не хочу говорить про меня, мне нужен мой… Илья!

— Пойдем, поселим тебя в палату, Рус поищет еще, – Глеб пытается успокоить нас, но я вижу, что брат отводит взгляд. – Лин, подумай о ребенке, когда его отец найдется, он будет намного больше рад тому, что вы оба в порядке. Поехали в отделение, тебе нужно успокоиться и отдохнуть, сейчас поставим капельницы, поспишь.

— Я не хочу спать! – меня усаживают в кресло на колесах, – пока не найду его, я не буду спать!

— Хорошо, хорошо, капельницы это поставить не мешает, – катят меня по коридору.

— Я пойду узнаю, не привозили ли вещи с аварии, твоих документов тоже нет, – Рус исчезает быстрей, чем я снова прошу его выполнить обещанное. Неужели так сложно найти человека? Что это за больница такая? Бермудский треугольник?

Моя палата двухместная, но я там одна, Глеб закрывает жалюзи, взбивает мне подушку, помогает улечься, пока медсестра подкатывает стойку и готовит капельницу.

— Он обязательно найдется, вот увидишь, – успокаивает, когда сам прокалывает вену, – это магнезия и но-шпа, снимет спазм матки и успокоит, тебе нужно расслабиться. Ради малыша.

По моему телу идет горячая волна, я расслабляюсь только потому, что нет никаких сил бороться дальше. Я отжата и высушена, голова кружится все больше, очень сильно хочется закрыть глаза. Как бы сильно я ни хотела найти Илью, кажется, мои пределы близки.

Я прикрою глаза всего на минуточку, наберусь чуток сил и сразу пойду его искать. Если они не могут, я сама.

Потому что… я убью его, если найду, разве можно такое творить со мной? Темнота накатывает как прибойная волна, топит меня, затягивая в сон.

— Рус, есть что? – слышу голос Глеба, не поднимая век. Чуть всплываю из забытья.

— Как она? – брат шепотом.

— Под лекарствами, почти сразу отключилась. Ты не нашел его?

— В общем… – голос брата все тише, – по документам никого подходящего нет. Но есть трое без документов, личность пока не установлена.

— Может он среди них?

— Один подходит по описанию.

— Как проснется, пусть сама посмотрит.

— Глеб… – Руса едва слышно, – он в морге.

— Что ты сказал? – резко сажусь на кровати, и волна головокружения накатывает на меня, бросает в жар, перед глазами плывет, и я даже не знаю, от движения или от услышанного.

— Черт, Лина, – Руслан в мгновение ока рядом, – ты что? Приляг, белая как мел.