Книга Девиант, страница 120 – Гидеон Торн

Блузка распахнулась, и обнажённую кожу живота и груди тут же обдало ледяным воздухом кондиционера. Пальцы Джексона нетерпеливо заскользили по моему разгорячённому телу, сминая кружево белья. Одним резким, не терпящим возражений движением он увлёк меня обратно к столу, усаживаясь на стул и рывком усаживая меня на свои колени — лицом к себе, так что мои ноги оказались по бокам от его бёдер, в крайне откровенной, уязвимой позе. Его ладони почти грубо легли на мои ягодицы, вжимая меня в него, а губы принялись медленно исследовать ложбинку между грудей, оставляя розовые следы.

В любой другой ситуации, будь это просто игра, я бы, наверное, ответила на этот напор, подыграла, ускорила процесс, получила бы даже какое-то извращённое удовольствие от власти. Но сейчас я была слишком ошарашена своим открытием. Мысль о Персефоне жгла изнутри раскалённым клеймом, выжигая все остальные чувства, заглушая их. Когда его губы снова потянулись к моему лицу, требуя глубокого страстного поцелуя, я, настойчиво не давая ему углубить контакт, упёрлась ладонями ему в грудь, отстраняясь.

— Мне нужно идти, — выдохнула я, пытаясь высвободиться из его мёртвой хватки.

— Что? — Лим замер, его взгляд с трудом сфокусировался на моём лице.

— Я кое-что вспомнила. Критически важное. Это нужно решить прямо сейчас.

Вместо того чтобы отпустить, он, напротив, сжал объятия ещё крепче. Однозначное, твёрдое, не терпящее отказа возбуждение не оставляло сомнений в его намерениях.

— Ты серьёзно хочешь уйти? Сейчас? — в голосе прорезались опасные нотки уязвлённого человека.

У меня не было времени даже на то, чтобы, как в прошлый раз, помочь ему рукой и сгладить углы. Нужно любой ценой вырваться отсюда, вернуться к Церберу и рассказать о своей догадке.

Джексон продолжал удерживать меня на коленях. Я понимала, что сама загнала себя в этот угол, старательно подыгрывая ему весь вечер, разжигая его аппетит. В его сценарии я уже должна была сейчас стонать под ним, выгибаться, царапать спину, желательно кончить пару раз для полного счастья и удовлетворения его непомерного эго. Но, как и в случае с Евой, я сама заварила эту кашу, и разгребать её теперь приходилось тоже мне.

Я предприняла ещё одну отчаянную попытку высвободиться, дёрнулась, но это лишь усилило его недовольство и хватку. Его лицо потемнело, исказилось злостью.

— Что не так? — голос стал грубым, растеряв всю напускную нежность и романтику. — По-моему, мы оба этого хотели. Весь вечер к этому и шло.

— Я знаю, Джексон. Правда. Но сейчас действительно неподходящий момент. Я не вру, мне правда нужно…

— Почему? — он прищурился, и во взгляде мелькнуло расчётливое подозрение. — Мы оба у цели. Осталось дело за малым, за формальностями. Ты сама говорила: мы либо заставим их подчиниться, либо станем их главными конкурентами. Я уже готов разорвать контракты со своей компанией, сжечь все мосты ради нашего совместного будущего… Или ты решила дать заднюю? Решила, что я недостаточно хорош для твоих игр? Для твоих планов?

— Нет, совсем нет, но…

— Тогда хватит сопротивляться, — оборвал он, и в голосе прорезалась властная хрипотца. — Твои дела подождут. Ничего критичного не случится за один вечер. Мир не рухнет. Иди ко мне.

Он снова впился в мои губы — на этот раз грубо и требовательно, вкладывая в поцелуй всю свою злость и разочарование. Я почувствовала, как внутри нарастает всепоглощающая паника, и поняла: нужно действовать. Промедление смерти подобно — ещё минута, и я не вырвусь. Я притворно обмякла в его объятиях, обвила руками его шею, отвечая на поцелуй с фальшивой страстью, позволяя ему поверить в полную и безоговорочную победу. А сама лихорадочно, краем глаза, осматривала поверхность стола у него за спиной. Бутылка вина в ведёрке со льдом. Единственный, последний шанс.