Книга Ведьма пустоши, страница 119 – Джессика Кури

— Конрад Норт! – закричала я, задыхаясь. – Я требую объясн…

— Тихо, девочка, – ответил он и поднял маленький заговоренный узел, натянутый между пальцами. Едва я поняла, что это сонное заклятье, как тьма нахлынула и поглотила меня целиком.

Я очнулась на узкой койке в каменной хижине, где была только одна комната. На другом ее конце находился маленький очаг. В нем весело потрескивал огонь, а рядом стоял чайник со свежезаваренным чаем. Место пахло дымом и бергамотовым мылом для бритья – запах Конрада. Я вздрогнула, поняв, с какой легкостью его узнала.

Выбравшись из постели, я обнаружила свое тело до ужаса вялым; сонное заклятье, которое он на меня наслал, погрузило меня в глубокий сон без сновидений, и разум с трудом выбирался из этой трясины. На мне все еще было то вычурное платье, что напялила на меня Моргейн. Среди этой простой обстановки я чувствовала себя в нем совершенно нелепо. На запястье остался чуть заметный след от ленты, что связывала нас с Конрадом. Если бы не эти мелочи, я бы сочла события минувшего вечера странным сном.

Рука метнулась к губам – припухлость уже сошла, но воспоминание о поцелуе Конрада в моей памяти ничуть не потускнело.

Мойры, я целовала его.

И… не только.

События минувшей ночи всплывали в памяти, точно дурной сон, включая тот момент, когда чары фейри помутили мой разум настолько, что ввергли в сладострастное безумие.

Неужели я правда терлась о Конрада Норта, как кошка о дерево?

О Мойры.

Я в полубессознательном состоянии побрела к двери.

Крошечная хижина стояла в лесной лощине, усыпанной кивающими подснежниками. Нежные белые цветы шелестели вокруг, густо устилая склоны холмов и обступая дубовые корни. Их свежий, прохладный аромат мягко сластил воздух. Волны цветов укатывались прочь, вглубь леса, и таяли в полосах тумана. Свет был тусклым, день едва начинался, и каменного круга нигде не было видно.

Конрад сидел на замшелом камне неподалеку; казалось, он дремал, но, когда я пошевелилась, поднял голову и мрачно уставился на меня. В руках он сжимал жестяную кружку с чаем. На нем больше не было наряда фейри, только твидовый жилет, клетчатый килт, тяжелые ботинки да шарф и пальто из той же коричневой шерсти – одежда, в которой он был, когда я следила за ним на пути в Эльфхейм.

— Доброе утро, мисс Прайор, – сказал он и отхлебнул чаю, словно это утро было самым обычным. Но его темные от недоверия глаза неотрывно за мной наблюдали.

Я молча смотрела на него, пытаясь собрать разбегающиеся мысли. Пытаясь не вспоминать, как всего несколько часов назад его зубы прикусывали мою губу…

Обрывки музыки фейри все еще кружились в голове, но такты и мелодии уже таяли, как туман. Но стоило мне подумать о королеве фейри, как она ярко и отчетливо вспыхнула в памяти.

Как и воспоминание о руке Конрада, сжимавшей мою, о его взгляде, впившемся в меня, и о его горячем шепоте на ухо.

— Ты наслал на меня заклятье, – сказала я хриплым голосом.

У него хватило совести хотя бы выглядеть смущенным.

— Как ты себя чувствуешь?

— Что это за место?

— Старая охотничья хижина недалеко от круга. Иногда я здесь ночую, когда работа требует быть поближе к фейри.

— Что происходит? Что случилось прошлой ночью? Кто ты такой и какие у тебя дела с фейри? Зачем ты меня усыпил?