Книга Одиннадцать огней Азеры, страница 112 – Лина Розен

Агнета вышла из-за ширмы, разворачивая подвернутые рукава. Она выловила взглядом собеседников Ардали.

— Далет, Алмана, – позвала она мальчика и девочку, сидевших рядом с подопечной, тотчас прекратив между ними спор. – Прошу, помогите мне.

Ученики вышли из-за стола, направившись к старшей. Алмане Агнета поручила расставлять ломариевую посуду, а Далету – разносить накрытые крышками блюда. Аморийка при этом заметно погрустнела, словно в подобном распределении обязанностей имелся особый смысл.

Невидимый шторм прекратился. Алмана поставила на стол три небольших чайника, сняв с них крышки, и Агнета засыпала в каждый по шесть крупных плотно скрученных чайных листьев. Далет залил их водой из тяжелого чугунного чайника. Наполненные чайники Агнета закрыла крышками и расставила на столе сама: один расположила в начале стола, другой – по центру, возле ауритовой вазы, третий – ближе к Ардали.

Далет и Алмана вернулись на места. В миг, когда старшая начала подсчет учеников, в зал вошли две молодые женщины в светлых платьях с тонкой красной вышивкой по подолу – кажется, та служила отличительным знаком преподавателей в школе при Соборе Хаоса. Женщины выглядели старше присутствующих, но приветствовали собравшихся так же, как Агнета.

— Аттера ли наа!

— Теперь все, – девочка расправила платье.

— Теперь линаа, – почти одновременно с Агнетой сказала Ардали. – Что это вообще значит?

Заметно приободрившись, ученики снова подвинулись друг к другу, позволяя незнакомкам сесть за стол. Далет переложил ломариевую ложку с правой стороны на левую.

— И тебе того же, – сказал он.

— А? – Ардали обернулась к нему.

— Аттера ли, – ответил Далет. – Это значит «и тебе того же». Точнее «и тебе далекой тени, дева», если переводить с древнего языка Хаоса. Нужно знать контекст. А «ли-наа» и «наа-р» мы добавляем, когда обращаемся к учителям.

— А-а, указание мужчин и женщин, – поняла Ардали. – А «та и», «та э»…

— Та э рахе, – понял юноша. – Это пожелание долгого пути.

— К чему такие сложности?

— У нас все так здороваются и прощаются, – пожала плечами Алмана, поигрывая пустой тарелкой на столе. Девушка обернулась к ней.

— Зачем? Трудности с языком Хаоса?

— Если бы нет!

— Многим нравится, – перебил Алману Далет. – Некоторые предметы мы учим лишь пару ремеров, но язык Хаоса нам преподают на протяжении всего обучения.

— Вы, должно быть, говорите на нем лучше, чем на родном...

Агнета хлопнула в ладоши, привлекая всеобщее внимание. Ардали отвлеклась. Девочка обвела присутствующих взглядом.

— Мариа ви! – подняла она пустую чашку.

— Та э сат! – вторили старшей ученики.

— Да будут вода, земля и воздух, – перевел Далет, поднимая крышку с одного из блюд на столе. – С ними наша связь.

С зала сдернули полог тишины. Ученики приступили к трапезе, хаотично открывая блюда и помогая друг другу наливать чай. Алмана наполнила чашку Ардали, Далета и свою собственную, передав чайник другому ученику.

Юноша взял несколько половинок пепельных клубней, покрытых золотистой корочкой в месте разреза, и овощи, приготовленные на пару. Алмана длинными ноготками подцепила три хрустящих ломтя хлеба и перехватила у другого ученика блюдце с куском ягодного пирога, щедро полив его темно-красным вареньем. Отказавшись спорить, ученик отрезал себе другой кусок.