Книга Так Бывает, страница 72 – Никтория Мазуровская

— Да, вы тогда с отцом тоже так думали, про риск? Пока твою жену и дочь не попытались похитить? – Таня понимала, что бьет по больному, но остановиться не могла. – Ты может забыл, а я прекрасно помню, как потом Маришка два месяца боялась темноты и до сих пор боится. Твоя дочь из-за этого с тобой не общается, она всегда говорила, что ты завязать до конца не сумеешь и запрещала общаться с внуком. Ты и так многого был лишен из-за этого дерьма, а теперь полез в него сам, по своему желанию?!

— Никто бы не пострадал!

— А те люди, что теперь интересуются, тоже не несут никакой угрозы?

— Нас они беспокоить не будут.

— Почему не будут? Откуда такая уверенность?

Таня внимательно смотрела на напряженную спину Саныча, думала, перебирала в голове все варианты, и из всех возможных осуществиться мог только один, и чтоб их всех не задело…

— Сколько они тебе заплатили за информацию?

— Тебя это не касается, – ледяным тоном отрезал мужчина, даже не поворачиваясь к ней.

— Значит много, – горькая усмешка исказила лицо, а внутри у Тани что-то умерло навсегда.

Она подошла к его столу, выдвинула ящик, где обычно были чистые листы формата А4, взяла все нужное и начала писать.

— Вот! – исписанный лист бумаги положила на край стола, – Подпиши.

Саныч даже не глядя знал, что именно ему нужно подписать. Такого развития событий он и опасался. Но найдя в себе силы выполнил то, о чем его попросили. И, наступая на горло своей гордости, все же попытался Таню переубедить:

— Знаю, что просить прощения бессмысленно, но ты можешь оставаться тут работать, нет нужды для таких мер. Таня, я тебя прошу, не решай такие вопросы сгоряча, пожалуйста.

— А кто сказал, что сгоряча? – она не знала, что именно отразилось в ее глазах, но Саныч вздрогнул и отвернулся. – И ты не прав, в той машине мог оказаться Кирилл или Маришка с Ильей бы вдруг нагрянули, у тебя не было никаких гарантий их безопасности, но ты все равно полез в это дерьмо, потому что по-другому поступить не мог, потому что этот бизнес, – она махнула рукой на кабинет, – не твое. Тебе нравится заниматься тем, чем ты занимался раньше, так занимайся, но без меня и Кирилла. Им я рисковать тебе не позволю.

— Опять сбегаешь?! – попытался ее задеть, лишь бы она не уходила, лишь бы смогла выслушать.

— Пусть так, только не от себя и не себя спасая, а своего сына.

Уже практически возле дверей она остановилась и произнесла:

— Адрес дай!

— Таня…

— Тебе может и плевать, что с ними будет, а мне нет, пусть я их и не знаю, но хотя бы предупрежу. Адрес.

И Санычу не оставалось ничего другого, кроме как послушно продиктовать ей адрес. А Таня, выслушав и записав, кивнула ему на прощанье, больше ничего ему не говоря и даже не оборачиваясь,– не могла ему показать, как по щекам текли слезы от переполнявшей ее боли и разочарования.

Потому что, Саныч во многом был для нее ближе родного отца, был близким другом. Она ему верила и доверяла. Саныч был тем идеалом делового и просто человека, которого не могли сломать никакие обстоятельства, который все равно оставался верным себе и своим собственным убеждениям.

Он и оставался верным, про себя думала Таня, идя на стоянку к машине, только его убеждения, оказывается, разительно отличались от ее собственных.