Книга Так Бывает, страница 70 – Никтория Мазуровская

Мало ли, как он может трактовать подобное предложение? Подумает, что она делает это из-за Димы, что хочет его вернуть, не без этого конечно, но какие-то действия в этом направлении предпринимать слишком рано, нужно до конца в себе разобраться.

Или есть еще вариант, который Маришка хоть отмела сразу, но Танину душу он сильно тревожил. Кирилл просто не захочет уезжать из-за своей семьи.

Пусть объективно они ему давно не семья, но все же он с ними рос, жил,– это не могло не стать чем-то важным для него.

Все эти мысли и страх добавлялись в копилку ее напряжения.

Присела на офисное кресло.

Попыталась сделать дыхательную гимнастику, но в кабинет осторожно постучали и появился хмурый Олег.

— Отлично, ты еще здесь. Надо поговорить.

И его хмурый вид, в купе со злыми глазами, сделали свое дело. С Тани вмиг слетела хандра и неуверенность разного рода, перед Олегом предстал настоящий специалист своего дела, что ему и нужно было.

Мужчина присел на край стола и достал из внутреннего кармана пиджака конверт желтого цвета, в таких обычно доставлялась документация или фотографии. Положил этот самый конверт на стол и, едва касаясь того пальцами пододвинул ближе к самой Тане. Было впечатление, что там не бумажки лежат, а как минимум атомная бомба.

Руки отчего-то замерли и отказывались слушаться, но она себя заставила. Аккуратно открыла конверт и достала содержимое.

Фотографии. Не очень четкие, но лица мужчин, сидящих друг напротив друга разглядеть можно было без особого труда. Также, в нижнем правом углу, на каждой фотокарточке стояла дата, когда снимки были сделаны.

Полтора месяца назад, за неделю до того, как приехал Дима, и их на объездной попытались подрезать.

Молча, несколько раз подряд, просмотрела все снимки. Ледяными руками отодвинула их от себя подальше и внимательно глянула на свои пальцы.

Они покалывали там, где она касалась снимков, противными иголками кололи изнутри, пытаясь прорваться сквозь кожу.

Боялась поднять взгляд на Олега и услышать ответ на мучивший ее вопрос, все же вопросительно посмотрела на друга.

— Ты же знаешь, есть парни в его охране, которых к нам в контору притащил я, вот они и кое-что выясняли, когда стало известно, что Климентьев с нами контракт разорвал, спустя неделю после этой встречи.

Таня еще раз взглянула на снимки. Фотографировали в помещении, в ресторане, если быть точной, в хорошо ей знакомом, кстати, -там немного сумрачное освещение, но убранство отлично угадывалось, как и лица говоривших, а затем пожимающих друг другу руки, мужчин.

— Почему раньше ко мне не пришел, ты ведь знаешь давно? – друг кивнул головой недовольно, – Поэтому ходил такой задумчивый в последнее время? Я думала,-это личное: любовь всей твоей жизни.

— Таня, давай без этого, есть вещи, которые ты обо мне не знаешь, – начал он, но Таня его перебила.

— То, что тебя обвиняли в сбыте наркоты, и что тебя оправдали я знаю. Так же, как и знаю, что с женой ты так и не развелся, что она свинтила и прихватила все твои денежки в неизвестном направлении, и что ты ее ищешь.

— Откуда знаешь?

— Господи, Олег, ну я же не дура, не до такой степени. Неужели ты думал, что я не знаю, кто работает в компании моего отца?

— И тебе все равно?

— Я знаю, что тебя подставили потому, что ты не захотел делиться прибылью с кое-какими людьми из нашей доблестной полиции. Отжали у тебя твои два клуба, практически за бесценок, но бабки все же заплатили. Жена твоя помогла тебя подставить и пока ты был в КПЗ смылась с деньгами, – Таня говорила все это, глядя ему в глаза и видела в них застарелую боль от предательства самого близкого для Олега человека, – Все знаю и, честно говоря, не понимаю почему мы сейчас об этом говорим.