Книга Стану Солнцем для Тебя, страница 141 – Никтория Мазуровская

Это он собирался сказать и сделать. Марина по глазам его видела, что ему действительно жаль, что все зашло настолько далеко, и привело к таким последствиям. Видела. И старалась смотреть именно на него, а не на женщину, которая держала ее на «мушке» пистолета.

Они выбрали парковку ее офиса, потому что там много камер слежений, много выходов, но каждый из них можно реально контролировать и проследить кто куда, и зачем ушел, или пришел.

Ее охрана проводила до офиса и там она усердно изображала грозного начальника и, видимо, кто-то по секрету позвонил Андрею и сообщил, что она таки выползла из своей раковины на свет белый, и он решил расставить все точки над «i». Не вовремя, скажем прямо, очень не вовремя.

Марина была уверена в своей безопасности, рядом стоял Костя, пусть и с поднятыми вверх руками, и Марина в такой же дурацкой позиции, но до появления Андрея она считала, что все под контролем, а теперь начала паниковать.

— Зря ты пришла Настя, я ни в чем не виноват перед тобой, и моя жена тоже, – Костя говорил с ней тихо и спокойно, отвлекал ее внимание, пока охрана во главе с Зимой окружали их со всех сторон паркинга.

— Да, ты никогда и ни в чем не виноват! В смерти своего сына тоже? О, я знаю эту печальную историю, – эта сумасшедшая перевела взгляд с Кости на нее, и Марина вздрогнула от того, что там увидела, – Как ты его терпишь после этого? Твой сын умер, а ты перед этим уродом еще и ноги раздвигаешь? Не понимаю!

— Мой сын умер из-за болезни, а не из-за своего отца, – выдавила из себя Марина спокойно, – Это была болезнь.

— Ты его оправдываешь, после всего? – женщина взвизгнула и у нее дернулась рука, но курок она не спустила, и Марина смогла перевести дыхание, и только, взглядом молила Андрея стоять молча и не провоцировать эту сумасшедшую на действия, – Ты такая же, как и он. Трясешься над своими деньгами, и идешь по трупам.

— По каким трупам, Настя? – Костя сделал шаг вперед и своим правым плечом сумел прикрыть Маринино сердце.

— А мой сын не считается?

— Я не знал, что ты была беременна от Лешки…

— Лешка, для тебя он всегда был Лешкой, не Лехой, не Алексеем, а именно Лешкой, его это унижало и бесило, а ты даже не замечал этого, ходил весь из себя такой правильный, поучал его жизни. А он просто хотел быть счастливым.

— Наркотики еще никого счастливыми не сделали, и тебя в том числе. Ты меня винишь в смерти своего ребенка, ладно валяй, а в смерти Лешки тоже я виноват? Мои родители тоже погибли из-за меня? – Костя говорил и аккуратно двигался вперед, закрывал собой Марину, кожей ощущал ее ужас и дрожь, не мог стоять на месте, хоть у самого сердце в пятки ушло, и биться перестало, а пот холодный по спине скатывался, – Это ты подсадила его на дурь! И если ты не в курсе, Настя, за рулем он был обдолбанный в хлам. Так скажи мне, кто виноват в его смерти? Кто виноват в смерти твоего ребенка? Я или ты?

— Заткнись! – она заорала, – Ты ублюдок, и родители твои такие же! Это они! Ты! Ты убил моего мальчика! Стой на месте или пристрелю!

Костя замер и больше не двигался, если Марину и заденет, то только по касательной, руку или ногу, но никаких важных органов, главное – не ее сердце.

— Я стою! Стою! И не двигаюсь! Но мне интересно, ты, в самом деле, считаешь, что я виноват? Ты принимала наркотики, нося ребенка под сердцем, травила свое и его тело дурью, а виноват я?