Книга Стану Солнцем для Тебя, страница 58 – Никтория Мазуровская

За все это время Марина научилась ему доверять, сына так уж точно.

Они так похожи друг на друга, мыслят одинаково. И пусть она никогда не признается в этом вслух, но она рада… рада, что Костя вновь появился в ее жизни.

Он принес какой-то свежий глоток воздуха, встряхнул ее, заставил встать в позу, обороняться, но при этом, стал каким-то родным.

Может, благодаря тому, что они с Ильей стали неразлучны? Понимают друг друга с полуслова, с полувзгляда, и о ней заботятся на пару. Это трогательно и подкупает, безусловно.

Все хочется у него спросить, какой он был в детстве?! Такой же, как и Илья? Молчаливый, но любопытный или шебутной и очень активный. Ей вообще очень многое хочется у него спросить…только он все равно закрытый. Для нее только, не для сына. Для Ильи он готов душу наизнанку вывернуть, все там перевернуть, а потом обратно засунуть и все это проделать с улыбкой на лице.

Костя прекрасный отец, не без изъянов, конечно, но к этому и сам постепенно дойдёт, когда Маришки уже рядом не будет, чтобы подсказать или отвесить пинка под зад.

Ох, а голова от таких мыслей еще хуже болеть стала.

Кто-то невидимый, но явно очень злой и мстительный, кувалдой прошелся по макушке, и до висков.

Яркий свет из окон резал глаза до слез, так что со спокойной совестью, она их закрыла и поглубже закопалась в одеяло и подушки, но не тут-то было.

Тихо открылась дверь, по паркету прошлепали босые ножки в забавных носках,– опять без тапок шастает,– и тихий шёпот раздался практически надо ухом:

— М-а-а-а-м, ты еще спишь? Мама, вставай, мы уже пришли! – сын начал ее легонько тормошить, – Ма-моч-ка, вставай!

— Сына, солнышко, дай мамочке еще поспать чуть-чуть, у мамы сегодня пижамный день! – высунула наружу нос из-под одеяла и пробурчала недовольно.

— Мама, там дядя Андрей приехал, а ты спишь! – тоже недовольно пробурчал ребенок, а ее всю, холодной водой будто окатило. Резко села и одеяло откинула, посмотрела на белье и закуталась обратно, – Ты сама говорила…

— Заяц, я помню, что я говорила, – голова кружилась, но Марина заставила себя встать с кровати, подавила подкатывающую тошноту, постояла так чуток и начала лихорадочно думать, что делать, – Но, дядя Андрей, как бы тебе сказать, он сейчас не в самом лучшем настроении, и он может мне…

— Навредить? – удивленно предположил сын, а глаза, при этом, так широко распахнулись, что, кажется, Марина видела все-все его мысли.

Она подошла к нему,– посильней пришлось зажать одеяло руками, – присела и заглянула в перепуганные глаза.

— Дядя Андрей может захотеть навредить мне, но я ведь у тебя сильная, так?

— Да, но мама у нас же есть папа,– он защитит тебя!

— Малыш, есть вещи, перед которыми люди бессильны…

— Эпидемии, неизлечимые заболевания, природные катаклизмы и ядерные бомбы, да, знаю! – сын спокойно перечислил и кивнул, ждал от нее ответа.

— Да, малыш, что-то подобное.

— Хочешь сказать, дядя Андрей может сбросить на тебя ядерную бомбу? Мама, при всех его возможностях, даже на черном рынке достать такую штуку ему будет просто не по карману.

— Нет, милый, «ядерную бомбу» не в прямом смысле слова, а фигурально выражаясь.

— Он может что-то такое сделать или сказать, что эффект будет подобный, только никто не умрет? А просто от тебя отвернется?