Книга Не уходи. Останься, страница 59 – Никтория Мазуровская

А должен. Должен.

Абстрагироваться от эмоций не удавалось.

Тупой лизоблюд не знал с какой стороны подойти к этой мрази. Видать, с наемниками первый раз сталкивается за свою карьеру. Да и что с него взять? Он обычный следак, ни инициативы, ни ума. А ждать ФСБэшников слишком долго.

Дима бы его расколола, оставь ее с ним на пару минут. Но, увы, такой возможности ей даже деньги Шраймана не дадут. Жаль.

И, чтобы не сорваться, она вспоминала.

Отец всегда требовал невозможного, — что от нее, что от брата. Его тренировки- чистый ад. И она могла давно сломаться, если бы не брат.

Он говорил, что нужен «якорь». Эмоциональный. Какое-то событие. Слово. Строчка из стихотворения или песни. Что-то, что будет отвлекать от испытываемых эмоций.

У него это была песня, пара строк из нее, но они помогали. И ей тоже.

Отец практически рвал ей мышцы, растягивая, она проговаривала эти строчки из песни и терпела. Смиряла себя со злостью и болью.

«… не всем волчатам стать волками, не всякий взмах сулит удар…»

Эмоции взяты под контроль, и разум снова чист. А эта мразь и следак застыли. Смотрят на нее, но по-разному. Следак с недоумением, а вот второй, со страхом, диким и первобытным. Аж пот на лбу выступил и зрачки расширились.

Задергался, скотина.

Почему?

Она оттолкнулась от стены, плечо заныло адской болью, пришлось сжать зубы, чтобы не застонать.

— Если инстинкты кричат, что ты в дерьме — значит, ты в дерьме, дорогой. Смирись и начинай выбираться. Этой мой тебе профессиональный совет.

— Я не знаю кто заказчик. Не знаю.

— А я разве тебя спрашиваю о нем? Меня интересует кто тебя на него вывел.

Мужик сцепил зубы, желваки на щеках заходили.

— Ты зря его защищаешь. Вас подставили, вы пушечное мясо, и вы все сядете на приличный срок.

— В каком смысле подставили? О чем ты, цыпочка?

— Вам не дали полную информацию об объекте, поэтому план у вас был херовый и положили мы вас, как котят, за пару минут.

Правда ему не понравилась. Но боялся он по другой причине. И молчал из-за нее.

— Чего ты боишься? — следак оказался не дураком, тоже кое-что смекнул и Диму перебил, — Мы постараемся, чтоб вы пошли по другой статье. Просто, назови, кто вас навел, а дальше мы сами.

— Как только я сяду, меня уберут, даже очухаться не успею.

— Почему? Если ты будешь молчать, сядешь, да, но и у нас никакой информации не будет.

Мужик замолк, а потом посмотрел на Диму. И в его глазах был дикий страх. Ужас.

— Из-за нее. Знавал я одного паренька, он, когда курок на винтовке спускает, тоже про волчат напевает. И он будет пострашнее вас, вместе взятых.

— И причем здесь этот паренек, как ты говоришь? Имя или кличка у него есть?

Сердце застучало сильней. С удвоенной силой.

Не может такого быть. Не может. Мало ли кто эту песню знает. Это ж классика отечественного рока.

Следователь задавал вопросы, а у нее язык стал тяжёлым. Она только смотрела на этого мудака и видела, что еще чуток и он обделается.

— А у нас у всех один посредник.

— У кого, у всех? Дима, вы понимаете, о чем он говорит?

«Посредник», значит. Ну-ну.

— Не совсем. Так у кого, говоришь, еще? Договаривай.

— Сколько у него клиентов я точно не знаю. Но, я и Саймон, точно знаю, что Волчара тоже, и Зима.

— Откуда знаешь? И подробней, что за Волчара и Зима?