Книга Библиотечный шпион, страница 91 – Маделин Мартин

— Многие женщины давно не видели своих мужей. – Голос Жана был мрачен, но полон сочувствия, как и взгляд ярких синих глаз.

— Да, но у нее все-таки есть шанс добраться туда, а не оставаться здесь и подвергаться риску, – возразила Элейн, сама удивившись разумности своих слов. – Возможно, я так рвусь им помочь из-за того, что сама разлучена с мужем.

Дверь склада скрипнула, открываясь, и внутрь проскользнула Жозетта. Даже с такого расстояния она казалась съежившейся, плечи она свела вперед, словно желая стать как можно более незаметной.

Элейн подошла ближе и с трудом подавила потрясенный возглас – ключицы Жозетты торчали в вырезе платья, как веточки, а золотой крестик висел на добрый дюйм ниже.

— Жозетта, ты чем-то переболела? – спросила Элейн, опасаясь обнять девушку, чтобы что-то не сломать ей.

Правый глаз Жозетты задергался в тике.

— Нет, – ответила она, пытаясь поднять уголки губ в неубедительной улыбке. Элейн воззрилась на нее в откровенном ужасе.

— Что с тобой случилось?

— Я в последнее время сильно нервничала. – Жозетта стиснула ручку корзинки, словно чтобы удержаться и не продолжить обгрызать и так изувеченные ногти.

— Может, небольшой перерыв…

— Нет! – отрезала Жозетта так громко, что перекрыла стук станка и привлекла внимание и Жана, и Марселя, и даже Антуана. Оглядев комнату, она покаянно опустила голову. – Моего соседа забрали прошлой ночью за укрывательство евреев. Их забрали вместе с ним, – прежним голосом пояснила Жозетта. – Каждый день нашего бездействия ведет к тому, что еще больше людей заберут в тюрьмы и трудовые лагеря.

Трудовые лагеря.

Эти слова неизменно бередили незаживающую рану в сердце Элейн, и ее захлестывало так старательно сдерживаемое беспокойство за мужа. Тем более что, несмотря на постоянные обещания Этьена раскопать какую-то информацию, вестей от Жозефа не приходило.

Слегка подрагивающими руками Жозетта вытащила из потайного отделения в корзинке какой-то конверт.

— Я должна передать его Марселю, потом возвращаюсь на квартиру к Николь.

Элейн кивнула и забрала конверт.

— Пожалуйста, береги себя, – попросила она. Жозетта кивнула, но судя по метнувшемуся в сторону взгляду, она не собиралась следовать этой просьбе. – И передавай Николь привет от меня. – Элейн осторожно обняла девушку, ощутив под серым пальто одни только хрупкие кости.

Жозетта направилась к выходу, а к Элейн подошел Марсель.

— И что ты думаешь на ее счет? – повторил он свой былой вопрос, но на этот раз Элейн не нашла сил отмолчаться.

— Я беспокоюсь за нее, – призналась она, передавая конверт Марселю. Тот взял его не глядя, провожая глазами Жозетту.

— Я тоже.

Элейн оставила его знакомиться с посланием, а сама направилась к автоматическому печатному станку, который жужжал, извергал отпечатанные листы, вращал механическими суставами и хватал металлическими руками. Мысли Элейн представляли примерно такую же картину – бесконечную круговерть беспокойства и озабоченности: по поводу Жозетты, чья душевная цельность разматывалась, как нитка, тянущаяся из старого свитера; по поводу Сары и Ноя, познавших горечь утраты и страх потери большего; по поводу Манон и пережитого ею горя; по поводу Жозефа и полной неосведомленности ни о месте его пребывания, ни о состоянии его здоровья.