Книга Фургончик с мороженым доставляет мечту, страница 88 – Анна Фурман

— Ну же! Бросай! – подбодрил Массимо.

Сольвейг опять посмотрела на Даниэля. Он был уверен – их мысли совпадали, и все же нерешительно кивнул.

Со скромным «бульк» и чуть слышным в трепетной предгрозовой тишине «дзинь» монета, мечта о несметных богатствах, опустилась на дно фонтана.

* * *

Сольвейг не понимала, что именно чувствует. После того, как она решилась на эту поездку, после всех приключений, теперь, когда она наконец ощутила вкус к жизни, когда у нее появилась надежда, крохотный дрожащий огонек, душу снова заполнила пустота. Мутные воды, в которых бесследно исчез даже плавник неуловимой рыбы.

Она мерила шагами комнату в скромной, но очень опрятной гостинице на окраине Торино. Из окна открывался чарующий вид на Альпы. Им не было дела до людских проблем, все казалось столь жалким и незначительным по сравнению с ними. Но только не здесь, не сейчас, не для Сольвейг. Внутри у нее собиралась лавина, готовая обрушиться вслед за любым, случайно отколовшимся камушком. Дракула следил за хозяйкой с подоконника, помахивая хвостом. Даниэль сидел на краю кровати, накрыв голову руками, словно это его будущее висело на волоске.

— Это так эгоистично со стороны Массимо, – нарушил он молчание, прерываемое лишь стуком каблуков Сольвейг.

— Разве? – она остановилась, сложила руки на груди и уставилась на Даниэля.

— А разве нет? – он ответил на ее взгляд.

— Мне не до загадок. Говорите как есть.

— Почему он не мог уступить вам?

— Он же сказал, что любит такую жизнь.

— Вы защищаете его?!

— Я защищаю его интересы, потому что в этом и был смысл!

— Какой?

— Вечная жизнь, вот какой. Я предлагала им вечную жизнь в обмен на мечты. И Массимо вполне доволен своей!

За окном все-таки разразился ливень. Несколько капель, упав из-под козырька, с шипением разбились о подоконник. Дракула ответил им тем же, выгнув спину и недовольно покидая насиженное местечко. На несколько секунд в комнату вернулась тишина.

— А вы? Вы довольны своей жизнью, фру? – это был выстрел в упор.

— Очевидно, раз я когда-то выбрала ее.

— Выбрали? Или все сложилось само собой?

— Я не знаю! – Сольвейг всплеснула руками. – Не знаю, что произошло!

— А хотели бы узнать?

— Зачем?

— Например, чтобы снова стать человеком?

— Кто сказал вам, что я этого хочу?!

— Разве нет?..

Дождь окончательно разошелся и, кажется, не собирался останавливаться, пока Торино не превратится во вторую Венецию, и тогда выбраться из города на фургоне окажется невозможно. Идея остаться здесь, в этой крошечной комнатке, в этой гостинице у подножия Альп, виделась Сольвейг заманчивой. Ей не придется ничего решать, не придется отвечать на вопросы. Она просто свернется клубочком рядом с котом, закутается в одеяло и застынет, превратившись в камень, сталагмит на дне пещеры собственных воспоминаний.

— Это ведь была ваша идея. Ваша… – сказала она внезапно севшим голосом. – Разве это не было эгоистично?

— Моя?! – теперь вспыхнул Даниэль. – Вы не хотели этого?!

— Я не знаю! Моя жизнь была простой и понятной до этого путешествия, до того, как в ней появились…

— Появился я? – он подскочил на ноги и в два счета оказался рядом.

Сольвейг гордо вскинула голову, глядя ему в глаза.

— Может и так, – ответила она. – Зачем вам это?

— Я думал, что спасаю вас.