Онлайн книга «50 оттенков рассвета»
|
Чмокаю малышку и встаю с её постели ровно в тот момент, когда открывается дверь. Блять, не жизнь, а куски триллера с дебильным режиссером. Позже не могли прийти?! На пороге стоит медсестра с подносом. Точно, капельницы же. Но вроде отец говорил, что на ночь? Еще не ночь. Ощущаю смутное беспокойство, наблюдая, как уверенно проходит женщина вперед. Действую на опережение, закрывая собой Еву. Соображаю, что напрягло: я не врач, а персонал клиники обязан знать в лицо всех сотрудников. Медсестра же и бровью не повела. — Кто сделал назначение? — Останавливаю жестом. — Главный врач. — Лист назначений где? Черт. Она все еще не понимает, что я здесь посторонний человек. Как так? Что за тупой спектакль? — Что происходит? — Испуганная Ева хватает меня сзади за пальцы. — Не бойся, — поворачиваюсь к ней. — Еще раз: кто? Вижу, что женщина в форме начинает психовать. Перекрываю ей выход и набираю номер отца: — Зайди в палату Каминской. * * * Широким шагом отец входит в помещение. Хмурит брови, разглядывая комичную, наверное, с его точки зрения сцену: бледная Ева, вцепившаяся в мою руку, медсестра, зажавшая шприц. И я — как скала между двумя женщинами. При этом все мы молчим и напряженно дышим. Триллер, не иначе, блять. — Что происходит? Резонный и логичный вопрос. — Артур Робертович, — нервно начинает «опасная» женщина. — Я пришла ставить капельницу, а он… — Дальше понятно, палец упирается в меня и мы трое переводим взгляд на хозяина случившегося бардака. — Людмила пришла ставить капельницу. Вопрос прежний: что происходит? — Твои сотрудники не знают персонал в лицо? — Мой аргумент весомый на самом деле. — И где лист назначений? Почему заминка произошла после просьбы его показать? — Людмила, где назначения? Медсестра потупив взгляд бормочет, что оставила на посту. Наверное, это допускается. Даже наверняка. Но, мать твою, какого хрена она не напряглась, увидев меня в халате другого пульмонолога?! — Пройдемте, коллега, со мной. — Отец выдерживает легенду о моей «работе» в клинике, помня о том, что дверь открыта и в проеме торчит любопытная квадратная морда охранника. — Людмила новая реанимационная медсестра и в данном отделении не работает. Всех коллег узнать не успела. Успокаиваюсь и спорю до того момента, пока наш главврач собственноручно не проверяет ампулы с названием лекарств и не отправляет медсестру за новыми, чтобы открыть в нашем присутствии. — Потом объясню, — шепчу папе, ибо мое поведение здорово смахивает на паранойю. Сомневаюсь, что он удовлетворен моими словами, но держит лицо и даже улыбается перепуганной Еве. Меня смущает всё. Врага надо знать в лицо, а той инфы, которая есть у меня ничтожно мало, чтобы хоть как-то спрогнозировать их будущие шаги и понять, к чему готовиться. Желание банальное — забрать мелкую с собой, окружить вниманием и заботой. «И не сойти при этом с ума», — ехидно добавляет внутренний голос. Так-то прав, потому что подобные желания мне несвойственны. Я с детства был прагматиком, предпочитающим продумывать и просчитывать свои решения наперед. С Евой же вся жизнь перевернулась с ног на голову. Чувствую, что еще не раз встряхнет. Но теперь уж хрен я от нее отвалю. Если сама только откажется быть рядом. Но и в этом случае я готов искать способы, чтобы удержать её рядом. До шантажа не опущусь (надеюсь!), но готов идти к этой цели… |