Книга Его сладкая девочка, страница 41 – Аля Драгам

— Видео?

— Егор, ты меня реально пугаешь. Тебя из-за бабкиной выходки так штырит или из-за спектакля матери?

— Давид, урод. Про моих говоришь…

— Погоди. Ты посмотрел и тебя устроило? Какого хера тогда пацанов напрягал девчонку искать?

Ничего не понимаю. Какой спектакль, какая выходка?!

— Ты о чем вообще? — Срываться на друге последнее дело, но Дава простит. И поймёт.

— Тимур тебе с камер прислал нарезку. И с балкона, там удачный ракурс такой. Не видно, но звук шикарно захвачен. Смотрел или нет?

— Неееееет. От мамы только вышел.

— Короче. Рули домой, я сейчас подскочу к тебе. Пожрать есть что или взять?

— Закажу.

— Лады. Тогда мчу.

Что за загадки там такие? Рука тянется открыть входящие письма, но одергиваю себя. Если Дейв высказался, вряд ли я смогу адекватно отреагировать. А он не из тех, кто треплет языком направо и налево.

Лихацкого застаю на кухне. Уже проводит инспекцию холодильника.

— Надо ключи отобрать. Ходишь, как к себе домой.

— К себе я не пожрать хожу.

— Не кормят твои девки?

— Скорее я их. — Сидит и сосредоточенно тыкает на экране телефона. С таким серьёзным видом он делает только одно – готовится кормить себя любимого. — А прикинь, когда-нибудь будет у меня жена. Приду с работы, а стол накрыт, вокруг меня суета. Может, и детей родим. Как у отца с матерью. Любить меня будет.

— Ты ж в сказки не веришь.

— Злое ты существо, Егорушка. Дай помечтать на старости лет.

Дейв уже закончил оформлять заказ и развалился на диване.

— Не злое, а рациональное. Чего так быстро от девочки свинтил?

— Не напоминай, а? Выхожу из душа, говорю ей: «Садитесь, я вам рад. Откиньте всякий страх и можете держать себя свободно». А она пальцем у виска крутит. Я ей говорю, неуч, иди хоть омлет сваргань. А она ржёт и заказать пиццу предлагает. Нуууу… моя тонкая психика не выдержала. Домой цыпу отвез. С пиццей вместе.

— Тяжёлый клинический случай. Ну а Натаха тебя чем не устраивает? Жил бы уже с ней.

— Примерно та же хрень, соус другой. Инста, мода, косметика… — трет подбородок, — диеты еще. Вот все наши разговоры вне постели.

— Так тебя типа пожалеть надо?

— Типа того. Видосик давай включай. Сейчас вискарь возьму. Тебя жалеть будем.

Я сейчас в другом измерении нахожусь, не иначе. Моя ба… там точно она? Звука на улице нет, но и картинки хватает. Раз за разом прокручиваю то, как бабуля тянет девочку, как хватает сумку и трясет над плитками. Заплаканное ксюшино лицо намертво врезается в память. Бабуля… как после такого называть—то ее?!

Нет, объективно, я знаю, что бабушка могла подобное сотворить. Самому себе—то чего врать… Зная нашу семейную историю… Дед любил простую девочку, дочку домработницы. Но отец, мой прадед, надавил и нашли подходящую с точки зрения статуса жену. Долго Александр Клементьевич искал свою любимую, а нашел когда, уже в живых ее не было. Это еще до рождения отца история была. Но у ба пунктик на счет «простых». Однако одно дело знать, что может, а другое — видеть.

— Второй файл открывай. Сейчас еще веселее станет. — Давид щелкает мышкой, всовывая в мою руку стакан с алкоголем.

Плевать на голову и завтрашние последствия, сейчас нужно верное средство, чтобы на немного забыть увиденное.

— Рита, он невменяемый… — на видео кусок балкона, но звук в доме пишется прекрасно. Если бы не содержимое, можно было бы порадоваться отличной работе.