Книга Привет! Я вернулся, страница 72 – Лина Филимонова

— Ага. Два папы — это круто. Будешь моим вторым папой?

— Буду. Только первым.

— Первый у меня уже есть!

Ваня прыгнул к Паше на колени.

Обычно я не разрешаю ему так делать за едой, но в этот раз, конечно, промолчала. Я видела, что Паша воспрянул духом. Обнял Ваню. И с победным видом посмотрел на Матвея.

Мужики! Они всегда всем меряются. Кто первый, кто второй…

А вообще, все происходящее — это полный абсурд. Как мы вообще до этого докатились?

Как получилось что Матвей в моем доме вытворяет черт знает что, и я не могу найти на него управу?!

— А что, в наши дни групповушка — общественно одобряемое явление? — обратился ко мне Матвей с ироничной улыбкой. — Никто и не скрывается?

— Не говори ерунды!

— Два папы…

— Один папа — родной. Другой — новый муж мамы. В наше время это не редкость.

— И оба… как бы это сказать…

— Оба иногда приходят за ребенком в садик, — оборвала его я.

— Понял. О времена, о нравы!

Он покачал головой.

Да, в наше время это не редкость. Два папы, наверное, лучше, чем ни одного. Я знала, что у некоторых ребят в нашей детсадовской группе есть и родной отец, и отчим. Но я не представляла, что среди детей это считается крутым.

— У меня будет два папы! — радовался Ваня. — Папа Конь и папа Паша.

— Я, вообще-то Матвей.

— Папа Конь, — упрямо повторил мой сын.

Такой же упрямый, как его папаша!

Ваня вскочил и убежал в свою комнату. Мы остались втроем.

В воздухе стояло такое густое напряжение, хоть ножом его режь. Я страшно нервничала и не знала, как себя вести.

Два мужчины, которые соперничают за право быть отцом моего ребенка сидят друг напротив друга… Очень взрывоопасная ситуация!

— Павел, — обратился Матвей к моему мужу. — Я хочу извиниться.

Паша, до этого момента сидевший с прямой напряженной спиной, заметно расслабился.

Я тоже выдохнула. Неужели до Матвея дошло, что он ведет себя совершенно недопустимо?

— Я влез в вашу семью, — продолжил Матвей. — Я кругом виноват. И признаю это.

— Да, влез, — отозвался Паша.

— Если бы я раньше знал…

Матвей махнул рукой.

— Два папы, — выдал Паша. — Это странно. Я такого не планировал.

— Никто не планировал, — подала голос я.

Паша бросил на меня странный взгляд. Я не поняла, что он выражал. Но чувствовала, что у нас с ним будет очень тяжелый разговор. После того, как Матвей уйдет.

Если он, наконец, уйдет!

— Тебе не пора домой? — в который раз обратилась я к нему.

— Я скоро уйду. Только договорю. Не хочу, чтобы меня поняли неправильно.

— Ситуация сложная… — начал Паша. — Но, я надеюсь, мы сможем цивилизованно договориться.

— Не уверен, — прервал его Матвей.

— Что значит: не уверен?! — воскликнула я.

Но Матвей смотрел не на меня. А на моего мужа.

— Говорю тебе, Павел, прямо и откровенно: я планирую стать своему сыну единственным отцом. А еще я собираюсь отбить у тебя жену.

Матвей

Я знал, что рискую.

Понимал, что правила этикета и негласные установки цивилизованного общества не позволяют так себя вести. Приходить в гости без приглашения, огорошивать ребенка, что я его отец. А потом еще и заявлять хозяину дома, что собираюсь отбить у него жену…

Но я хотел сразу честно обозначить свои намерения.

Чтобы Глист не думал, что мы с ним закадычные друзья. И что я готов быть приходящим воскресным папой своему сыну. А на Кошку смотреть лишь издалека.