Книга Комон, стьюпид! или Африканское сафари для дуры, страница 95 – Наталия Доманчук

* * *

В школе мы изучили двадцать новых слов, новые глаголы: мочь и долженствовать.

После занятий за Анькой приехал Альберт, и они поехали на его машине, а мне пришлось садиться за баранку и ехать домой.

У ворот меня опять ждала машина, водитель вручил мне огромный букет цветов и маленькую коробочку, очень красиво упакованную.

Я расписалась за посылку, села в гостиной на диван и распаковала подарок Там было маленькое золотое колечко с крошечным камушком, наверняка бриллиантом.

— Ну и почему такой махонький камушек? — удивилась я. — Еще даже не женился на мне, а уже экономишь, да, Заир? — спросила я у пустоты и прочитала на открытке то же послание: «С любовью. Заир».

Настроения не было. Наверное, я неправильная женщина, потому что меня совсем не возбуждают бриллианты, а возбуждают только торты, блинчики и всякая другая мучная дребедень.

Я даже было подумала, что если бы вместо этой маленькой коробочки была большая, на которой было бы написано «Саке», то, может, я пересмотрела бы свой взгляд на мусульманскую религию и на личность Заира.

Все эти воспоминания, или, лучше сказать, мечты о выпечке, заставили мой желудок колыхнуться и несколько раз подпрыгнуть. Начинать дискуссию со своими внутренними органами я не хотела, поэтому пошла на кухню, открыла холодильник и проглотила по куску ветчины и сыра. Без хлеба вкус показался гадким, но другого выхода у меня не было.

Зазвонил телефон, и я подняла трубку.

— Привет, Лор, — это была Инга, — мы собираемся в субботу устроить небольшую вечеринку. Брай по-нашему. Часа в два-три подъезжайте, хорошо?

— Хорошо. Как поживает наш африканский друг? — поинтересовалась я.

— Кто? — не поняла Инга.

— Ну Джимми…

— А… нормально. Жив, здоров. Можешь получить его назад, если хочешь. У меня есть его телефон.

— Нет, спасибо. Что-то в этой стране я стала расисткой и чернокожими больше не интересуюсь.

— Это правильно. Мимолетный романчик с негром раз в жизни — нормально, но всерьез — никогда. А как тот муслим? — спросила Инга.

— Заир? Нормально. Присылает букеты каждый день. Сегодня с колечком прислал.

— Так. — Инга задумалась. — Мне это не нравится. Ладно, обсудим в субботу. Жду вас. Пока.

— Пока.

Я положила трубку и села смотреть телевизор. Показывали какую-то гимнастику-аэробику. Я вспомнила, что возле нашего магазина есть большой спортивный клуб. Делать было все равно нечего, я надела спортивный костюм и поехала туда.

На ломаном английском я попыталась объяснить, что всю жизнь мечтала ходить в этот клуб. Инструктор кивнул и попросил мои документы. Я протянула ему свой внутренний юаровский паспорт, он очень обрадовался, оживился, написал на листочке цифру «двести» и посмотрел в мои ясные глаза.

Двести. Хорошая цифра. Только вот чего? Это мне надо было выяснить. А тем временем меня уже водили по клубу, расписывали его достоинства, расхваливали инструкторов и показывали почти весь спортивный инвентарь. Потом подвели к бассейну и тоже что-то долго говорили. Я кивала и все думала о цифре «двести».

Когда осмотр достопримечательностей спортивного клуба был закончен, мы опять вернулись к этой загадочной цифре, и мне удалось выяснить, что она означает сумму в рандах, которую я должна платить каждый месяц. Я очень обрадовалась, что это не ежедневный взнос, и через полчаса стала членом клуба.