Книга Лабиринты страсти, страница 38 – Эвелина Гольдман

— Понятно, — повисает неловкая пауза и я решаю убрать посуду. Когда собираю всю посуду, я ставлю её в посудомоечную машину и запускаю. Прикосновение к плечу заставляет вздрогнуть, но не обернуться.

— Лина, Я хочу поговорить с тобой, — серьёзный тон, который не оставляет вариантов.

— Хорошо, ты пройди в гостиную, я сейчас подойду, — Гордей выходит, а убираю в холодильник остатки еды и если честно, больше собираюсь с мыслями и силами. Как дел больше не осталось я набираю воздух и иду в гостиную и только там выдыхаю. Гордей сидит на диване и внимательно смотрит на меня.

— Ни одной игрушки, так чисто, — замечает он порядок вокруг.

— Это годы учебы, — хмыкаю, — И наконец Женька научилась убирать за собой игрушки, — он улыбается и тут же будто эта тема ускользает от него, — О чем ты хотел поговорить? — я занимаюсь место напротив него и принимаюсь слушать.

— Тяжело начинать этот разговор, очень тяжело, но мне это необходимо, — не понимаю о чем речь, возможно, он хочет уехать, — Я хочу попросить у тебя прощения, — шок, я теряюсь, — Извини меня за ту боль, что я причинил тебе, я искренне каюсь, — его голос дрожит, будто он хочет заплакать, как минимум, проронить слезу, — Я ошибся и из-за своей глупости потерял самое дорогое для себя- тебя, — потирает глаза и продолжает, — Я тебе сейчас все расскажу, а ты пожалуйста, выслушай, прошу, — я не могу отказать, поэтому просто слушаю историю. Ужасную. Про Марго и отца, про видео с женой Рохманинова, который отец Карины, так же по показав их личное видео, где я сама бы узнала себя, даже шрам. Про измену Марго и родителей Гордея. Он рассказывает это с такой болью, что я пару раз плачу, что наши отношения были так глупо разрушены, но я рада, что они хотя бы не думают о том, что деньги украла я.

Как только Гордей ставит паузу, я не знаю, что сказать, потому что шок и неожиданное признание очень подкашивает самообладание.

— Я знаю, что меня простить невозможно…

— Невозможно, — дополняю.

— Я и сам не прощу себя никогда, я очень люблю тебя, — и тут я плачу, — Всегда любил, — я не могу остановиться, слезы текут.

— А как же твоя невеста? — первый вопрос, который возникает у меня.

— Мы расстались несколько дней назад, я не могу больше, — я давно не чувствовала себя так грустно.

— Гордей я, — беру себя в руки, решаясь так же выговориться, — Если ты рассчитываешь на отношения, то нет, я не могу. Ты обвинил меня в преступлении и измене и не дал мне объясниться, я до сих пор даже не знала почему так произошло, поэтому я не могу вот так сразу начать с тобой все заново, — вижу, как он принимает это, но так же грустит, сожалеет, ему больно, — У нас есть дочь и я рада, что ты появился в её жизни, что у нее будет папа, она уже тебя любит и постоянно спрашивает про тебя, немного надоедает даже, — грустно улыбнувшись Гордей снова потирает глаза.

— Прости, что не был рядом все это время, что так много упустил, я и… не требую от тебя этого, но буду ждать, всегда, — я убираю слезы и иду к шкафу достать постельное.

— Ты можешь остаться тут в гостиной, утром Женька будет рада, — он улыбается и начинает расстилать себе постель, а я ухожу в комнату пожелав доброй ночи.

Ложусь и плачу, потому что хочется быть семьей, нормально семьей, где мы любим Женьку и друг друга, где нет обид, но так тяжело отпустить все то, что произошло. Ведь, я сразу вспоминаю все то, что он заставил меня чувствовать. Поэтому засыпаю уже рано утром, а когда открываю глаза слышу радостные возгласы Женьки, а на часах уже 12… Какой кошмар…