Книга Лабиринты страсти, страница 39 – Эвелина Гольдман

Пытаюсь ориентироваться по звукам, которые доносятся из детской, слышу, что пищит Женька, а Гордей смеется, от его смеха по телу пробегают мурашки, я так скучала за этим звуком, но никогда не слышала, чтобы он смеялся так заливисто.

— Давай скорее отправляй свой поезд, — я тихонько приоткрываю дверь в Женькину комнату и вижу, что она сидит в пижамке и играется с огромной железной дорогой, по которой с характерным шумом едут два маленьких поезда, очень реалистичных.

— Папочка, мы груз не положили, — вскидывает руки на голову Женька.

— Эх ты, давай скорее тормозить, — тут мое присутствие становится заметным для Гордея и он оборачивается и мягко улыбается, Женька замечает, что папа смотрит не на неё и сразу оборачивается, на меня смотрят оригинал и его маленькая копия.

— Мамочка, — Женька летит ко мне, а я обнимаю её, она начинает сразу взахлеб рассказывать все, что успела произойти за утро:

— Мы здесь с папой играем в станцию, — побегает к железной дороге, — Тут поезда и мы их отправляем, — берет поезд в ручку и подносит ко мне, — Смотри этой мой желтый, а у папы зеленый, — я тут же обращаю внимание на лежащего, БЕЗ РУБАШКИ, Гордея, идеальный пресс, накаченная грудь и красивые руки, с переплетающимися венами вокруг.

— У вас очень крутая дорога, — Женька сразу переключает внимание на свою дорогу и вообще забывает о моем присутствии рядом с ними.

— Вы завтракали? — а сама постоянно опускаю глаза туда, куда не стоит, видимо, со мной что-то не так.

— Да, папуля делал яичницу, вкусную, — отвечает Женька.

— Что смог, — объясняет Гордей, — Не хотели тебя будить, поэтому справились сами, — поднимает во весь свой исполинский рост и встает передо мной, — Зубы почистили, волосы закололи, — только сейчас наблюдаю за смешной прической Женьки, — Я вот немного испачкался кетчупом, поэтому так выгляжу, — как Бог? Хочется спросить.

— Я закину сейчас в стирку, сможете ещё минут 15 семи побыть?

— Да хоть пять часов, конечно, — мягко улыбается и снова садится играть в Женькой.

Я быстро закидываю стирку с каплей отбеливателя, чтобы спасти дорогущую рубашку, а сама бегу приводить себя в порядок. Принимаю душ, сушу волосы и надеваю домашнее платье, пока вожусь в ванне слышу, что кто-то пришел и стараюсь выделить, как можно быстрее. На пороге стоит бабушка, а Гордей без рубашки её встретил, получается. Бабуля буравит Гордея таким взглядом, что аж хочется справится.

— Здравствуйте, Ростислава Павловна, — бабуля обводит глазами его красноречивый взгляд и скептически здоровается.

— Здравствуйте, Гордей, — пытаюсь как-то спасти ситуацию, поэтому скорее вхожу в их поле зрения.

— Привет, бабушка, — она оглядывает меня, — Проходи, — тут Женька несется со своим поездом, а бабушка сразу расплывается в улыбке.

— Бабуля, смотри, что мне папочка купил, — Женька вручает бабушке поезд и за руку уводит в комнату, едва бабушка успевает снять обувь и верхнюю одежду.

— Я немножко не в том виде, — улыбается Гордей.

— Я стираю уже, сейчас в сушку буду закидывать, — решаю пока поговорить с бабушкой и наладить, так сказать, контакт, чтобы она держалась ради Женьки.

— Бабуля, — я присаживаюсь с рядом сидящей бабушкой, возле железной дороги и пытаюсь как-то настроить её, — Он к Женьке пришел и обился кетчупом…