Книга Сын своей матери. История идеальной семьи, в которой вырос психопат-насильник, страница 153 – Джек Олсен

— Он лжец и мошенник! – перебила ее Рут.

Дальше она заговорила почти бессвязно – о безответственности сына, его вранье, его неспособности зарабатывать себе на жизнь. Из ее голоса исчез даже тот нарочитый экзотический акцент, который она обычно разыгрывала. Потом она начала всхлипывать, а затем сорвалась на крик:

— Ты была дурой, что с ним связалась! Глупая! Тупая дура!

У Джини не было ни малейшей возможности защититься. Рут просто бросила трубку.

Кевин вернулся домой поздно и сказал, что провел вечер в «Пяти Пиниях».

— И как все прошло? – спросила она.

— Я ее чуть не ударил.

После полуночи Джини проснулась и пошла на кухню за сигаретой. Возвращаясь по коридору в спальню, она заметила свет и заглянула в ванную. Кевин сидел на унитазе. Она ничего не сказала и вернулась в постель.

Когда он вошел в комнату, то резко спросил:

— Какого черта ты за мной шпионила?

Она рассмеялась. Иногда его обвинения казались ей почти нелепыми.

— Отвечай мне! – сказал он.

— О, Кевин, не говори ерунды. Меня меньше всего интересует, что ты делаешь в ванной.

— Меня достало твое чертово шпионство.

Она уже открыла рот, чтобы ответить, но передумала. Он злился не на нее. Он злился на Рут. Просто никогда не умел отличать одно от другого.

После первых опознаний Фреда Коу жертвами насильника из Саут-Хилл полиция и прокуратура столкнулись с проблемой, о которой детективные романы обычно предпочитают умалчивать: ни одно из дел против него не было по-настоящему железным. Уличные изнасилования, особенно совершенные незнакомцем, относились к числу самых трудных для доказывания.

Полицейские уже больше года понимали, что имеют дело с исключительно ловким преступником – куда более искусным в своем ремесле, чем они когда-либо смогут стать в своем. Его техника была почти безупречной. Почти всегда он нападал сзади. Почти всегда действовал в темноте. И почти всегда угрожал зарезать женщину, если она на него посмотрит. От нападения к нападению его описание менялось настолько, что следователи порой всерьез допускали: насильников могло быть двое или даже трое. Он не оставил ни отпечатков пальцев, ни сколько-нибудь весомых улик – только избитых, запуганных, истерически рыдающих женщин. Адвокаты защиты зарабатывали шестизначные суммы, превращая таких потерпевших в суде в шлюх, истеричек и лгуний.

После того как Айрин Пул и Лоис Хиггинс опознали Фреда Коу по фотографиям, нетерпеливые детективы были готовы брать его немедленно. Но прокурор Дональд Брокетт велел искать дальше. Идти в суд Спокана против сына главного редактора Коулзов с чем-то менее надежным, чем действительно крепкое дело, – особенно по обвинению в изнасиловании – было бы безумием. За десять лет на посту уровень обвинительных приговоров у Брокетта держался примерно на шестидесяти процентах – хуже, чем у любого другого окружного прокурора в штате Вашингтон. Сам он объяснял это тем, что не любил сделки о признании вины и брался за дела, от которых другие отказались бы. Как бы то ни было, еще одного унижения в зале суда – да еще по делу о насильнике из Саут-Хилл – его профессиональная репутация могла уже не пережить.