Книга Сын своей матери. История идеальной семьи, в которой вырос психопат-насильник, страница 248 – Джек Олсен

В тот же день в прокуратуру пришел адвокат Томас Х. Браун и, по сути, воспроизвел ту же линию, но уже с конкретным источником. По его словам, несколькими месяцами ранее Рут Коу вместе с пожилой подругой Рэй Шепард посетила бывшую хозяйку массажного салона Вайолет Купер.

В ходе разговора Купер полушутя заметила:

— Возможно, мне придется занять деньги у мафии, чтобы расплатиться с долгами.

Реплика неожиданно получила продолжение. Коу отвела ее в сторону и спросила:

— А ты не знаешь кого-нибудь… кто мог бы сделать такую работу? Мне нужен киллер.

Затем, как вспоминала Купер, она добавила:

— Ты ведь понимаешь, кого я хочу убить?

В тот момент это прозвучало как неудачная шутка. Однако, прощаясь, Коу с подчеркнутой благодарностью сказала:

— Спасибо, спасибо! Я знаю, что меня к тебе сегодня привел Господь.

Около месяца Купер никому об этом не рассказывала, прежде чем поделиться услышанным с другом семьи Доном Таттлом – тем самым «другом», на которого ссылался анонимный звонивший. Именно Таттл и позвонил Кинни 2 ноября. Томас Браун, в свою очередь, заявил, что узнал детали непосредственно от Купер и счел ее рассказ заслуживающи доверия.

* * *

Джини Перхэм, вернувшись в Спокан после двух месяцев в Денвере, подняла трубку в доме своего брата Тома и услышала знакомый голос.

— Это… Джоан?

— Джини?

— Привет, Джоан!

— Боже, Джини… ты в городе?

— Да. А что случилось?

Джоан Шмик сказала, что звонила, чтобы узнать номер Джини в Денвере – чтобы предупредить ее: лучше было бы там и остаться. Что-то произошло.

В ее голосе звучало такое напряжение, какого Джини никогда прежде не слышала.

— Подожди… с тобой хочет поговорить Гэри.

В трубке раздался низкий голос сержанта Джонсона:

— Джини? Мы о тебе беспокоились.

Он сообщил, что Рут Коу пытается нанять киллера – и что, по их мнению, целью может быть она.

Горло перехватило от старого, знакомого страха. Джини провела рукой по шее:

— Что… что мне делать?

Джонсон велел ей быть осторожной, по возможности оставаться дома и сообщать о любом подозрительном.

Джини, ее брат Том и невестка Кэри укрепили дом: у задней двери сложили шлакоблоки, у передней придвинули мебель. Кэри собиралась отправить новорожденного сына Пола к родителям, пока все не уляжется. Джини думала о том, какую опасность приносит в жизнь близких. Казалось, этот кошмар никогда не закончится.

Потом страх сменился злостью.

«Кто, черт возьми, такая Рут Коу, чтобы обращаться со мной как с отбросом?»

Ее семья жила в Спокане дольше, чем семья Коу.

Она вспомнила свое возвращение из Денвера. Ее привели назад не ностальгия и не романтика, а необходимость – работа, счета. Но когда она поздно вечером въехала в город, пересекла реку Спокан и увидела, как старый город словно светится в мягком розовом свете, она поняла: ее корни здесь глубже, чем она думала.

Спокан был ее домом. И уезжать она не собиралась.

Когда Джонсон перезвонил и сообщил, что ее дом, а также дома Дональда Брокетта, шерифа Эриксона, судьи Шилдса и помощника прокурора Пэта Томпсона взяты под наблюдение, Джини уже кипела от ярости.

— Передай Рут Коу, – сказала она, – если Спокан кому-то и принадлежит, то не ей. Это мой город. Им меня отсюда не выгнать.

В тот вечер, выезжая по делу, она поймала себя на старой привычке: взгляд постоянно возвращался к зеркалу заднего вида.