Онлайн книга «Признание в убийстве»
|
— Доброе утро, Эмилия. Она недоуменно бросает взгляд на Уайлд, которая пристально за ней следит с хмурым выражением лица. — Доброе утро, сэр, – отвечает Эмилия. Она протягивает руку к твердому неудобному стулу, на котором провела все допросы. — Мне… — Да, садись, пожалуйста. Но Генри и Уайлд не проходят, они остаются стоять: Генри переминается с ноги на ногу, Уайлд продолжает неотрывно следить за ней. Эмилия ждет, ее сердце колотится. Что они собираются ей сказать? Почему это все так странно? Она много раз участвовала в подобных процессах со столькими людьми, итог всегда один. Назначить наказание или отпустить. Заключить под стражу или освободить под залог. Так почему сейчас все так странно? — Эмилия, мы собираемся огласить вынесенное решение, – говорит Генри. – Но мы привели тебя в эту комнату потому, что нам нужно поговорить с тобой. Несколько вещей произошло, пока ты была в участке, и ты должна о них узнать. — Ладно… – вздыхает Эмилия. – Сэр, правда, извините, но мне неловко, что вы стоите надо мной… — Разумеется, – тут же отвечает он. – Уайлд, давайте присядем. — Да, сэр, – говорит она. Они оба опускаются на стулья напротив Эмилии. Она поджимает губы, сухая кожа трескается, терпкий вкус железа касается кончика языка. Что бы ни произошло, это что-то серьезное. — Почему бы вам не объяснить все, что касается ее ареста, Уайлд? – говорит Генри. – И тогда я смогу… Он обрывает себя, так и не законченное предложение повисает в воздухе. — Конечно, – произносит Уайлд. Она пододвигается к краю стула, ее руки сложены вместе, указывая на Эмилию. – Эмилия, тебе будет предоставлена мера пресечения в виде условного освобождения под залог до завершения дополнительного расследования. — Освобождения? – она обменивается с ними взглядами. – Меня не арестуют? — Нет, – отвечает Уайлд. – В данном деле, учитывая все обстоятельства… Нам потребуется больше времени, чтобы сопоставить все имеющиеся улики. И Королевской прокурорской службе предстоит оценить, соответствует ли уголовное преследование общественным интересам. Руки Эмилии леденеют, кожа покрывается мурашками. Общественные интересы. Разумеется… Чтобы продолжать любое расследование, дело должно пройти две проверки: необходимо предоставить достаточно доказательств, и дело должно отвечать общественным интересам. Но какой может быть баланс в подобном расследовании? Следует ли наказать тех, кто выбрался из Комнаты Исповеди? Или их лучше простить? Как тогда объяснить трупы, если те, кто нажимал на курок, на свободе? — Ладно… – Эмилия отворачивается от Уайлд, фокусируясь на Генри и широко распахивая глаза в мольбе. – Так что за вторая тема? Он вздыхает, потирает свой лоб, сжимая кожу в складки и растягивая их. — Эмилия, поскольку эти видео были опубликованы, записи убийства каждой из жертв, последовала незамедлительная реакция. Как ты наверняка уже понимаешь, народ весьма… опечален. — Зол, – поправляет Уайлд. Генри бросает испепеляющий взгляд в ее сторону. Уайлд опускает глаза, прикусив нижнюю губу. — Да, народ разочарован и… разозлен, – продолжает Генри. – Этим утром уже были протесты. Мнения разделились. Но некоторые люди – и мы примем жесткие меры в их отношении – некоторые люди проявили себя. Эмилия нахмурилась. |