Книга Что случилось прошлой ночью, страница 109 – Лия Миддлтон

— Почему ты не хочешь их пить? Ты ведь принимаешь другое лекарство.

— Мне нельзя спать.

— Ты заставляешь себя бодрствовать, чтобы с дочерью не случилось ничего плохого.

— Да. Я должна присматривать за ней. Должна обеспечить ее безопасность. Если я засну, может случиться все, что угодно…

— Вспомни, с чего все началось. С твоего беспокойства, страха, что что-то может случиться с Фрейей, пока ты спишь. Но все это часть твоего состояния. Это замкнутый круг. И мы должны взять под контроль их оба: тревогу и недосыпание.

Тони умолкла в ожидании положительного ответа. Я покачала головой.

— Снотворные таблетки ничем не отличаются от успокоительного лекарства. Они помогут тебе. Ты не поправишься, если не будешь спать всю ночь, и ваша семья не сможет вернуться к нормальной жизни. Эйден не сможет вернуться к работе. Ты не сможешь быть уверенной, что ты – хорошая мать. А ведь ты именно этого хочешь, не так ли?

Я кивнула и прижалась щекой к макушке Фрейи.

— Значит, ты примешь это лекарство сегодня вечером?

Бездыханная Фрейя, лежащая совершенно неподвижно, с посиневшими губами и бледной кожей, промелькнула у меня перед глазами. Всхлип сорвался с моих губ, и я моргнула, прогоняя видение.

— Но с ней может что-то случиться.

— С ней ничего не случится. Если она заплачет, ты проснешься. Ты ведь примешь только одну таблетку. И Эйден все время будет рядом. Ясно?

— Да.

— Так ты примешь лекарство? Или нам стоит обсудить это с Эйденом?

— Нет, я приму таблетку.

— И не забудь: только одну.

Я кивнула.

— Только одну.

Той ночью мы с Эйденом сели бок о бок на нашей кровати, и он положил бирюзовую таблетку в мою раскрытую ладонь.

— Я не знаю, а вдруг…

— Ты обещала. – Он передал мне стакан воды. – Пожалуйста, сделай это ради нас. – Эйден взглянул туда, где Фрейя спала в своей кроватке. – Ты нужна ей… Ты нужна мне. Я хочу вернуть мою Наоми.

Тяжесть его слов легла на мои плечи. Не позволяя себе передумать, я положила таблетку на язык, запила водой и заставила себя проглотить ее.

— А теперь спи, любимая, – сказал Эйден. – Когда она проснется, я ее покормлю. Даже одна полноценная ночь сна очень тебе поможет. Скоро ты почувствуешь себя лучше.

Я легла и повернулась на бок, не сводя глаз с кроватки Фрейи. Эйден придвинулся ближе, обвил рукой мою талию и поцеловал меня в затылок.

— Я люблю тебя, – прошептал он мне в волосы. – Очень сильно.

Я кивнула, но ничего не ответила. Вместо этого продолжала наблюдать за Фрейей, даже когда веки отяжелели, дыхание начало замедляться, и, наконец, я больше не могла сопротивляться сну. Мои веки затрепетали, закрываясь, и Фрейя исчезла из виду.

Окошко в двери моей камеры открывается, и в него кто-то просовывает пенопластовый стаканчик, из которого идет пар.

— Ваш чай, Наоми, – говорит полицейский.

— Спасибо. – Я встаю с кровати и беру стаканчик, скрипнув пальцами по его поверхности.

Окошко закрывается.

— Эй, подождите! – Я встаю перед щелью, чтобы полицейский мог меня видеть.

Он выжидающе смотрит на меня.

— Э-э… Мне нужно знать. Моему парню уже сообщили, что я нахожусь под стражей?

— Как его зовут?

— Руперт Бертон-Уэллс.

— Нет, не думаю.

Я киваю и опускаю взгляд на стаканчик в своих руках. Мне нужно поговорить с ним. Мне нужно сказать Руперту правду. Всю до конца.