Книга Что случилось прошлой ночью, страница 145 – Лия Миддлтон

— Без комментариев.

— Этот ключ лежал в вашем бардачке. Вы спрятали его там после того, как вошли в дом?

— Я… Я… Нет.

— Вы вошли в дом, воспользовавшись этим ключом?

— Нет, пожалуйста, послушайте…

— Вы причинили Фрейе боль?

Эйден не отвечает, но закрывает лицо руками, испуская судорожный крик.

— Эйден, вы…

— Я не могу.

— Что вы не можете?

— Мне жаль.

— Почему вам жаль, Эйден? Вы причинили Фрейе боль?

— Я не хотел!

В комнате воцаряется тишина. Эйден откидывается назад и смотрит в потолок, его глаза широко раскрыты и полны муки, а рыдания сотрясают тело.

— Могу я поговорить наедине с моим клиентом? – вмешивается адвокат.

— Конечно.

Экран становится черным.

— Что случи…

Кейт кивает и переводит взгляд на экран. Он вновь оживает, и я вижу Эйдена, который сидит на том же месте, в той же одежде, с теми же растрепанными волосами и по-прежнему небритый, но… он изменился.

Эйден убирает правую руку ото рта и начинает покусывать кожу на большом пальце левой руки. Я чувствую его нервозность, его беспокойство через экран. Его глаза опухли и покраснели, но губы сжаты в прямую, решительную линию. Он сцепляет руки на коленях. Комната на экране и комната, в которой я нахожусь, наполняются тишиной. Две комнаты ждут, затаив дыхание.

— Сейчас одиннадцать часов пятьдесят четыре минуты утра, – произносит детектив низким от предвкушения голосом. – Эйден Уильямс, ваш законный представитель сообщил нам, что вы хотите дать чистосердечное признание в том, что произошло ранним утром двадцатого ноября. Это так?

— Да, – шепчет Эйден.

— Мы вас слушаем.

— В августе у нас с Наоми начался роман… – Он умолкает.

— Продолжайте, – звучит голос детектива.

— В сентябре я получил предложение о работе в ОАЭ. Хотел его принять, но моя жена воспротивилась. Она считала, что мы не можем уехать из-за Наоми и что Фрейе нужно видеться со своей мамой. Сказала, что не может так поступить с Наоми. Как-то раз я поднял этот вопрос в разговоре с Наоми. Ничего конкретного, просто спросил, как бы она отнеслась, если б нам пришлось переехать за границу из-за моей работы. Мне просто хотелось оценить ее реакцию, и… она отреагировала не очень хорошо.

Это так. И Эйден пообещал мне, что никогда не увезет Фрейю.

— В октябре я решил прекратить этот роман. Я понимал, что нам нужно отдалиться от Наоми и от всего, что произошло. Поэтому я разорвал нашу связь и снова попытался убедить Хелен, что нам следует уехать в ОАЭ.

— Когда вы говорите «нам следует уехать», вы имеете в виду – уехать, никому не сказав?

— Да.

— Вы понимаете, что то, что вы планировали сделать, является уголовным преступлением?

— Да… – Эйден сдавливает двумя пальцами переносицу, его глаза зажмурены.

— И что ответила ваша жена?

— Она наотрез отказалась. Сказала, что не может так поступить с Наоми.

Хелен отказалась увозить Фрейю.

— У вас с Наоми вспыхнул роман, – продолжает задавать вопросы детектив. – И это была не случайная женщина. Когда-то она была вашей женой. Наверняка вы испытывали к ней какие-то чувства. Так почему же вы решили прекратить роман и пытались убедить Хелен уехать, а не остались с Наоми?

Эйден выпрямляет спину, хотя до сих пор сидел ссутулившись, словно на его плечи давил тяжелый груз.

— У нас с Наоми были сложные отношения. Они закончились лишь потому, что я чувствовал, что должен защитить Фрейю, но не потому, что я разлюбил ее. А роман… это было неправильно. Я понимал, что это неправильно, но несмотря на все, произошедшее между нами, мне было трудно отличить Наоми, которую я презираю, от женщины, в которую я влюбился. А Хелен… Хелен была рядом. Она поддерживала меня и помогала Фрейе. Она заботилась о Фрейе каждый день. Она постоянно присутствовала в наших жизнях. Я не мог оставить ее ради такой женщины, как Наоми. Я люблю Наоми, но никогда не смог бы снова доверять ей. Поэтому я сделал то, что, по моему мнению, должен был сделать, чтобы сохранить семью. Моя семья – это я, Фрейя и Хелен.