Книга Что случилось прошлой ночью, страница 154 – Лия Миддлтон

Он делает паузу.

Сейчас все случится.

Не задерживай дыхание, Наоми. Продолжай дышать.

— Эйден Уильямс, я принимаю во внимание ваше скорое признание вины, отсутствие у вас предыдущих судимостей и смягчающие обстоятельства. За такие преступления, как непредумышленное убийство, попытка похищения ребенка и воспрепятствование отправлению правосудия, я приговариваю вас к десяти годам тюремного заключения.

Я украдкой бросаю еще один косой взгляд на Эйдена. Он смотрит прямо перед собой и кивает, но его лицо морщится, и слезы продолжают течь по щекам.

— Наоми Уильямс.

Кивком отвечаю судье, взглядом умоляя его о пощаде.

Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Пожалуйста, позвольте мне оставить ребенка.

— Я принимаю во внимание ваше скорое признание вины, отсутствие у вас предыдущих судимостей и смягчающие обстоятельства. За преступления, связанные с воспрепятствованием законному погребению и искажением хода правосудия, я приговариваю вас…

Дыши, Наоми.

— …к трем годам тюремного заключения.

Три года. Что это значит?

Ищу взглядом Оливию, и она поворачивается и кивает мне в знак ободрения.

— А ребенок? – беззвучно спрашиваю я, затем плотно сжимаю губы, ощущая нервозную дрожь во всем теле.

— Наоми Уильямс, – говорит судья, и тихий ропот, который начал нарастать в рядах зрителей, снова стихает, – я понимаю, что вы будете тревожиться о том, с кем живет ваш ребенок, пока вы находитесь в тюрьме.

Я киваю.

Неужели это правда? Ребенка оставят мне?

— Это не моя работа и не моя обязанность давать вам советы, но поскольку вы были приговорены к трем годам тюремного заключения и можете претендовать на досрочное освобождение, вполне вероятно, что вы будете освобождены до того, как вашему ребенку исполнится восемнадцать месяцев. Ваше совместное с ребенком содержание зависит от того, будет ли вам предоставлено место в тюремном отделении для матери и ребенка, но я уверен, что ваш законный представитель и социальные службы, которые присутствуют здесь, в зале суда, сделают все возможное, чтобы гарантировать, что вас не разлучат с новорожденным. Пожалуйста, мисс Уильямс, работайте с социальными службами, а не против них. Они призваны помочь вам.

— Обязательно, – отвечаю я и прижимаю ладонь к стеклу, протягивая тем самым руку этому человеку, который проявил доброту. – Спасибо вам.

— Суд удаляется, – сообщает судья.

— Всем встать! – говорит секретарь.

Все одновременно поднимаются на ноги, устремив взгляды вперед, но Хелен поворачивается, чтобы посмотреть на нас. Ее длинные светлые волосы ниспадают на черный блейзер, голубые глаза полны эмоций.

Двери позади нас с лязгом открываются, и появляются другие охранники, готовые отвести нас вниз, в камеры. Один из них хватает Эйдена за руку, но тот поворачивается ко мне, пока его ведут к двери. Мне не следовало бы смотреть на него, но я ничего не могу с собой поделать. Хочу увидеть его в последний раз: мужчину, которого я любила. Человека, которого ненавижу.

Успеваю посмотреть Эйдену прямо в глаза и запечатлеть этот момент в памяти, а затем мой бывший муж исчезает в недрах коридора.

Поворачиваюсь обратно к залу суда и ищу взглядом Хелен, но ее нет на прежнем месте. Лихорадочно осматриваю помещение и замечаю мелькнувшие светлые волосы – вместе с потоком людей Хелен медленно продвигается к выходу, расположенному в задней части зала.