Книга Леди в желтом, страница 62 – Ли Алам

Кёнэ сидела тихо, потом опустила голову, не в силах произнести ни слова.

— Адвокат моего брата предупредил, чтобы я не вмешивалась в это дело.

— Невысокий мужчина в очках?

— Откуда вы его знаете? – с подозрением спросила Кёнэ.

Кёнчжин не испытывал теплых чувств к любовнице своего деда, и ни о какой дружбе и речи быть не могло.

— Я зарабатываю на жизнь тем, что отправляю нужных людей в нужные места. Крупная компания расширяется и ищет консультантов, тогда они идут ко мне. Известный коллекционер каллиграфии хочет найти человека, который интересуется такими работами, значит, он тоже придет ко мне. В таком деле надо знать всех профессионалов этого города. Жена того адвоката пару раз брала у меня деньги в долг. Надо постараться сделать все до того, как твой брат вернется.

Именно это Кёнэ и хотела услышать, но вместо радости ощутила, что ее будто вывернули наизнанку. Действительно, Чон Огёп вырвалась из этой семьи раньше Кёнэ. Просто ушла. Потом нашла этот прекрасный дом в центре города и неплохо обустроила свою жизнь. Кёнэ ждала именно такой помощи. И Чон Огёп действительно могла ей помочь. Жаль, что не помогла раньше.

— У меня есть к вам несколько вопросов.

Чон Огёп хорошо знала отца Чисон. Его звали Ким Пхаллак. Как и предполагала Кёнэ, он был мошенником. То и дело приходил к дочери за деньгами. Когда девочка переехала в дом к Чон Огёп, та запретила ей сообщать свой новый адрес. Но Чисон не выдержала и рассказала.

— Она очень добрая девочка. Для своих сделает все, чего бы ей это ни стоило. Плоть свою отдаст, чтобы накормить ближнего, настолько она была преданной. Сона пыталась повлиять на ее характер, но человек так быстро не меняется.

— Помните, Сона просила вас познакомить ее с кисэн из того агентства, которых вы знали? Можете рассказать?

— Я не очень много знаю о ее жизни, – грустно ответила Чон Огёп.

И это была очень искренняя тоска, которая возникает, когда понимаешь, что уже потерял близкого человека, а при жизни совершенно его не знал. Кёнэ знала это чувство. Она испытывала то же самое, когда Чон Огёп исчезла из ее жизни.

— Сона оставила это занятие, перестала работать кисэн и стала певицей. У нее сразу появилось много свободного времени. Она часто ходила в один чайный дом в районе Чонно. Но это было не совсем подходящее для нее место. Там собирались мужчины и женщины, представители рабочего класса, и какие-то полукриминальные типы. Были и студенты, члены организаций, борющихся за независимость. Я пыталась на нее повлиять, отговорить ходить туда, но она только обижалась.

Кёнэ вышла из дома своей названой бабушки и отправилась искать места, где обычно собирались городские гуляки. Прежде всего ее интересовали подвалы или какие-нибудь тайные комнаты, где можно было раздобыть опиум или морфий. Кёнэ рассчитывала найти, что ей нужно, за несколько дней, но уже на закате в одном из кабаков встретила человека, который знал, где находится отец Чисон.

— Он сейчас наверняка в районе ручья Чхонгечхон. Там есть местечко, где готовят очень вкусные лепешки пиндэтток^[10].

За столом, причмокивая, сидел мужчина в старой одежде. В знак благодарности Кёнэ протянула ему несколько купюр. Он посмотрел на девушку с обидой за такой поступок, но деньги взял. В этом месте одежда Кёнэ уже не защищала ее от посторонних взглядов. Она была как белый мотылек на черном дереве.