Книга Колыбель Мрака, страница 84 – Настя Полос

— Хочу… чтобы она… изба… вила меня от страда… ний… по ней.

Голова повисла, сил держать ее не было. Плечевые суставы захрустели и выгнулись, принося еще больше страданий.

Все эти дни Кловисс получал странные сообщения от своих шпионов. Якобы его младший наследник в пьяном угаре выпытывал у каждого знания – умели ли жрицы стирать память? Наследник шлялся из бара в бар и платил щедро любому, кто ответит на его вопросы.

Жрицы действительно могли это сделать. Они могли дать снадобье нуждающимся. Например, после травмирующих событий или ужасов войны, после потери семьи. Но далеко не каждый мог надеяться на чудо. Только Первая Жрица решала, кто действительно не мог существовать дальше, не стерев прошлое.

Я ощутил кожей ликование Кловисса.

— Хорошо, мой мальчик. Раз ты хочешь этого.

Он поднялся и обошел меня. Я услышал тихое, почти что шипение, слетевшее с его губ:

— Принеси соль.

После того как первая порция соленой воды попала на свежие раны, я потерял сознание. Это спасло меня от переживания новой пытки, но не от болезненного пробуждения.

Я лежал в своей кровати на животе. Раны не обработали и оставили гнить. Вот и все раскаяние Кловисса. Конечно, со временем инурийское исцеление поможет, но из-за соли это произойдет нескоро. Минерал не давал коже затягиваться долгое время.

Все тело ломило, я хотел пить, но встать за водой просто не мог. Еще одно наказание от Верховного. Брата, скорее всего, заперли, чтобы он не пытался помочь. Я представлял, как ему трудно усидеть на месте, ведь на кону стояло все: наше прикрытие, гарантия помощи мятежникам, а значит, и Теодоре.

Я справлюсь.

Окно оставили открытым, меня бил сильнейший озноб. Началась лихорадка. Еще немного, и пойдет судорога. Тогда раны могут стать больше.

Может, попытаться подняться?

Я рухнул в подушки, даже не оторвав голову. В горле ужасно сухо. Такал, помоги уснуть и не проживать этот ужас.

Я закрыл глаза, и темнота навалилась на меня тяжелой глыбой. Я не знал, сколько пролежал, но, видимо, все же сумел провалиться в сон, потому что происходящее дальше по-другому объяснить я не мог.

Темнота, которая давила, вдруг отступила. Но не пропала. Наоборот, она окутывала каждую клеточку моего подбитого тела. Будто лаская, она обвивала меня. Все казалось иллюзорным. Становилось легче, раны вдруг перестали болеть.

Я нырнул в эту тьму, чувствуя небывалый покой. Она же перышком проходилась по мне, ложилась на плечи и шептала тайны ночи. Через открытое окно воздух принес с далеких оазисов аромат цветов, травы и…

Я распахнул глаза и, не обращая внимания на боль, стал озираться по сторонам. Меня затрясло, а сердце сделало кульбит, когда я… никого не нашел.

Все лишь мираж, игра мерзкого воображения. Кулак сжал простыни со всей силы, и я позволил себе слабость. Единственный раз… Единственный раз я не сдержал всхлип и зажмурился так, что стало больно. Но мое сознание не закончило игру, потому что я вновь ощутил эти прикосновения и этот запах.

— Назови хоть одну причину. Хоть одну, чтобы я не убила его прямо сейчас.