Книга Материя. Том 2, страница 132 – Константин Соловьев

— Непременно, мисс Прайс, – пробормотал Лэйд, – непременно.

— Кстати, я зашла напомнить вам, что уже без четверти час. Вас уже ждут в «Глупой утке» у мистера Маккензи.

Маккензи… Лэйд передернул плечами. Обеды в «Глупой утке» давно стали доброй традицией, кроме того, порой они служили ему отдушиной. Когда раз за разом вырываешься, обескровленный, из очередной схватки, когда рассудок трещит по швам, угрожая рассыпаться в прах, когда даже в сколах на мостовой видишь Его торжествующую улыбку, возможность перевести дух за глотком кислого пива и болтовней с лукавыми стариками-лавочниками многого стоит. Но сегодня…

Сегодня у него, пожалуй, найдутся более важные дела. Проклятый код, над которым он бьется четвертый день и который остается все так же неуязвим. «Головопут! Срамбля! Антидестамблизация!» Потом этот проклятый призрак, поселившийся у него в кабинете. Пусть он выглядит безобидным, от него надо поскорее избавиться – двойники никогда не сулят добра! И наконец, надо бы отвадить этого герра Вайцзеккера, воображающего себя невесть кем, уверенного, будто Бангорский Тигр, точно дрессированный кот, станет выполнять его прихоти. Да, у него порядком дел.

— Не сегодня, – досадливо пробормотал Лэйд. – Полагаю, рыжий пират и сборище негодяев, именующее себя Хейвуд-Трестом, смогут скоротать вечер без моего присутствия, у меня… м-м-м… дела в лавке.

Сэнди бросила на него укоризненный взгляд.

— Снова злосчастные восемь пенсов?

— М-м-м… Нет. Кое-что другое.

— В таком случае вам лучше оставить эти дела мне, мистер Лайвстоун. Потому что Хейвуд-Трест будет очень обескуражен, если вы не явитесь сегодня на обед. Вы официально приглашены, помните?

Лэйд нахмурился.

— Что за важность? Голландский посол намеревается вручить старикашке Маккензи свои верительные грамоты? Чрезвычайный съезд по поводу того, с каким соусом лучше есть баранью отбивную?

Доппельгангер, сам наморщивший было лоб, вдруг встрепенулся.

— Ах черт! Ну конечно!

Он испуганно прикрыл было рот, но опасения оказались напрасны – Сэнди, даром что стояла в трех футах от него, даже не вздрогнула. Она не слышала. Таинственный гость, кем бы он ни был, оставался невидим и неслышим для всех, кроме него.

— Ну конечно, – убедившись, что не рискует выдать себя, Доппельгангер заговорил, – сегодня Хейвудскому тресту представляется новый полисмен. Тот, что прибыл на замену Салливану. И как я мог забыть? Как… мы могли забыть?

Он смутился и снова начал делать вид, будто изучает блокнот с шифром. Ну-ну, подумал Лэйд. Может, твоя память получше, чем у меня, но увидишь, через минуту я заставлю тебя растаять, точно мартовский снег на пороге.

— Кажется, мы ждем нового полисмена? – осведомился он небрежно. – Ну конечно. Как же его там…

— Кроуфорд. Оберт Кроуфорд. Кажется, он из Уэллса. Сегодня утром его уже видели в Хукахука, он осматривается и знакомится с новым участком. Говорят…

— Да?

Сэнди смущенно отвела глаза.

— Говорят, он весьма молод, но манеры у него джентльмена. А еще у него синие глаза.

Лэйд не хотел в этом признаваться, однако ощутил колючий язычок ревности, облизавший печенку. Синие глаза!..

— На вашем месте я бы не уделял внимания молве, – пробормотал он. – Это Хукахука, здесь люди готовы взять даже кусок конского навоза, если ты скажешь, что это изумруд. Наверняка это какой-нибудь продувшийся вертопрах, решивший, что полинезийский климат пойдет ему на пользу. Через неделю, поняв, куда его занесла судьба, он покинет остров на первом же пакетботе, забыв на вешалке форменную каску. Только мы его и видели!