Онлайн книга «Материя. Том 2»
|
— Иначе и быть не может! Она смущена. Она в растерянности. Ты так долго изучал чудовищ и проклятые чудеса Нового Бангора, что совсем не занимался изучением женского пола. Подобная противоречивость весьма в их духе! — Но я… — Немолод? Небогат? Ерунда, – двойник сделал легкомысленный жест рукой, – ты же знаешь, она выше этого. Наша мисс Прайс – мудрая крошка. Ей нужен опытный, уверенный в себе мужчина, зрелый и выдержанный. Не легкомысленный фигляр и не хлыщ. Ей нужен джентльмен. Как ты. — Значит, ты говоришь… Доппельгангер убежденно кивнул. — Да. Она собирается с духом, чтобы признаться тебе в своих чувствах, раз уж ты сам медлишь, как последний болван, оттягивая этот момент. И, думаю, ты будешь рад ответить ей взаимностью. — Я… Господи! – Лэйд ощутил блаженный трепет в груди, от которого проклятая пустота, треснув, вроде бы утратила на миг свою губительную силу. – Да конечно! Конечно! Я… Я даже не знаю, что сказать! — Скажи, что чертовски рад, болван, – проворчал Доппельгангер, – и выпей за меня стаканчик. Кроме того, у меня есть еще одна добрая новость. — Да? – спросил Лэйд рассеянно. – Какая? — Ты ведь не думаешь упасть в обморок или сделать еще что-нибудь в этом духе? Лэйд слабо улыбнулся. — Нет. Не думаю. А что? — Взгляни за окно. — Ну? Доппельгангер страдальчески поморщился. — Господи, почему я не стал двойником Торвальдсона или, скажем, доктора Фарлоу?.. Эти газовые фонари на Хейвуд-стрит, о чем они тебе говорят? Лэйд уставился на пять оранжевых звезд, ровно горящих в ночи. До него не сразу дошел смысл вопроса, зато, когда дошел, пришлось стиснуть зубы. — Они… Они не мигают! — Верно. Передача, кто бы ее ни вел, прекращена. Как знать, может, зловещая кутерьма, которую нам пообещал Его Величество Левиафан, откладывается, а? Не беспокойся, я все равно закончу с кодом. Но не раньше, чем мисс Прайс изъявит желание сделаться миссис Лайвстоун. И не раньше, чем мы спасем этого никчемного любителя дармовщинки, что падок на золотые монеты. Кстати, насчет него… — Да? На лице у Доппельгангера появилось странное выражение. На миг оно даже показалось Лэйду не таким призрачным, как обычно. Белесым, будто перепачканным мукой, но вполне материальным. — Кажется, я знаю, как нам решить эту задачку. Есть одна мыслишка… Да не скачи ты, как козленок, по кабинету, сядь в кресло! Кхм… Ты помнишь ту нелепую историю, которую старикашка Маккензи рассказывал в «Глупой утке»? Про «акции Сазерленда»? — Ну? — Я думаю, в ней кое-что есть… * * * — Акции? – изумился Уэлч, глядя на Лэйда недоверчиво и устало. – Вы сказали – акции? За последние четыре дня он изменился, и не в лучшую сторону. К старческой хромоте добавилась тяжелая одышка, как у семидесятилетних джентльменов, лицо потускнело еще больше, а морщины сделались тяжелыми и болезненными. В левом глазу воцарилась легкая дымка – зловещий признак приближающейся катаракты. Главное, чтобы его рассудок не пострадал, подумал Лэйд не без опаски, рассудок – главное оружие против Левиафана. Если окажется, что он поврежден, тронут старческим распадом, медленно разъединяющим звенья, дело гиблое… Но его опасения были напрасны. Уэлч долго устраивался в кресле, вытягивая скрипящие старческие ноги, кашлял, сморкался, хрипел, но, когда заговорил, сделалось ясно, что рассудок его не пострадал и не утянут в трясину старческого слабоумия, мыслит он вполне ясно. |