Книга Материя. Том 1, страница 48 – Константин Соловьев

Мистер Хиггс, конечно, нашел нужные слова.

— «Подавать ли телячьи отбивные с горчицей или же с паприкой, всецело остается на усмотрение хозяйки», – прочитал Лэйд вслух. – Мудро сказано, старина. Как всегда, очень мудро.

* * *

Сэнди открыла лавку ровно без четверти девять. Может, она и испытывала слабость к беллетристике самого дешевого рода, но ее пунктуальность была несомненной. Скорее Лэйд поверил бы в то, что Новый Бангор этой ночью пришвартовался к Гонконгу, чем в то, что мисс Прайс нарушит раз и навсегда заведенное правило.

— Доброе утро, Дигги.

— Ах, у маршала шрам уха! – тут же отозвался Диоген из прихожей. – Город массам дорог!

— Не обращай на него внимания, – пробормотал Лэйд, с трудом поднимаясь из кресла, – сегодня наш Дигги взял за моду общаться палиндромами. Бьюсь на шиллинг, запасов ему с лихвой хватит до самого вечера.

Он чувствовал себя разбитым и уставшим, как и должно джентльмену его возраста после ночи не в мягкой кровати, а в кресле. Сморило, должно быть. Не те времена, когда он мог бодрствовать по нескольку ночей кряду, ожидая очередной напасти. Да, размяк старый Чабб, размяк… Не иначе, скоро Его кошмарное Величество Левиафан сожрет тебя без соли…

— Пусть лучше палиндромы, – заметила Сэнди. – Я помню неделю, когда он изъяснялся исключительно деепричастными оборотами, вот это было настоящее испытание…

— Но не такое, как в тот раз, когда он стал говорить одними герундиями на букву «м».

Сэнди улыбнулась, заглянув в его кабинет. Лэйд в очередной раз подумал, что за эту улыбку ему следовало бы доплачивать своему деловоду лишних два-три шиллинга в месяц. В некоторых случаях она действовала даже лучше, чем рыбья чешуя, смягчая боль от свежих царапин и застарелых шрамов.

— Ну, если считать… Ох, тушеная макрель! Что это с вами, мистер Лайвстоун? – Глаза Сэнди испуганно округлились. – Ваше лицо, Чабб! Вы…

Он поморщился. Следовало ожидать, что все бесчисленные царапины, которыми украсили его брауни, не исчезнут за одну ночь. Благодарение Брейрбруку, он хотя бы позаботился об изрезанном в клочья костюме…

— Сделай вид, что не обращаешь внимания, Сэнди. Подлец Макензи уговорил меня вчера попробовать американский двойной яблочный – и сама видишь, чем это закончилось.

Сэнди прижала ладонь ко рту – то ли ужаснувшись, то ли пытаясь скрыть смешок.

— Вы… вы ввязались в драку?

— Да. С тумбой для афиш ниже по улице. Поверь, я задал трепку, которой этой невеже давно недоставало!

Сэнди неуверенно улыбнулась. Она привыкла доверять его чутью. Если старый Чабб говорит, что все в порядке, это означает, что мир находится на привычном месте и все обстоит наилучшим образом. В конце концов, он был бессменным владельцем «Бакалейных товаров Лайвстоуна и Торпа» уже без малого двадцать лет, а это кое-что значит в Хукахука.

— Хочешь перекусить со мной? – спросил он. – У меня не было времени готовить с утра, но на кухне должен был остаться хороший кусок бифштекса с розмарином, пирог с почками и ежевичное варенье. Дигги, поставь чайник на огонь!

— Гори, пирог! – с энтузиазмом отозвался Диоген, водружая на плиту дорожный саквояж Лэйда.

— Ничего, можешь валять дурака сколько тебе заблагорассудится, рано или поздно я раскушу тебя!

— Ешь немытого, ты меньше, – невозмутимо отозвался Диоген.