Книга Материя. Том 1, страница 81 – Константин Соловьев

— АХ, ЧАББ. ВСЕ ТАК ЖЕ ХРАБРИШЬСЯ, ЗЛОВОННАЯ ПАДАЛЬ, ВСЕ ТАК ЖЕ ПЫТАЕШЬСЯ ДЕРЖАТЬ ЭМОЦИИ ПОД КОНТРОЛЕМ, НЕ ПРИЗНАВАЯСЬ ДАЖЕ САМОМУ СЕБЕ, ЧТО ТВОИ ВНУТРЕННОСТИ ПРЕВРАТИЛИСЬ ОТ СТРАХА В СМЕРЗШИЙСЯ КУСОК ДЕРЬМА.

Это было похоже на порыв ветра из глубин ада. В голосе не было человеческих модуляций, он состоял не из тех звуков, которые в силах издать человеческое горло. Это были скрежещущие колеса, которые дробят чьи-то кости. Кипящее масло, с шипением льющееся на плоть. Скрип тупых ножей, скользящих по кости.

— Довольно, – Лэйд поморщился, – твой демонический рык не производит на меня должного впечатления.

— Я БУДУ ВЕЧНО ОБЛИЗЫВАТЬ ТВОИ ПУСТЫЕ ГЛАЗНИЦЫ, ОБРАМЛЕННЫЕ СЛАДКИМ СОЧНЫМ МЯСОМ. Я БУДУ ЛАСКОВО ЩЕКОТАТЬ ЯЗЫКОМ ГНИЛОСТНЫЙ ПРОВАЛ ТВОЕГО НОСА. Я РАЗОРВУ ТВОИ ИСХОДЯЩИЕ КРИКОМ ЛЕГКИЕ, ЧТОБЫ СЪЕСТЬ ИХ, КАК ИЗЫСКАННЫЙ ДЕЛИКАТЕС…

— Хватит! – громко приказал Лэйд. – Иначе прикажу тебе убираться обратно, грязная демонесса. Посмотрим, как улучшит твой характер и аппетит еще пара лет заточения!

Челюсти Сэнди хрустнули, возвращаясь в естественное для человеческого существа положение. А мгновением позже ее губы сложились в улыбку. Похотливую улыбку, которая выглядела чужеродной на побледневшем лице девушки. Чужеродной, но – Лэйд вынужден был это отметить – чертовски соблазнительной.

— Ах, Чабб, Чабб… – заворковала Полуночная Сука, по-кошачьи сладко жмурясь. – Ты тоже ничуть не изменился за эти годы. Как это на тебя похоже! Все так же изображаешь несгибаемого воина, а сам сковал беспомощную девушку цепями, точно беглого каторжника! Как это глупо, как нелепо! Ты ведь вовсе не такой жестокий тигр, которым хочешь казаться!

— Я знаю, на что ты способна, Полуночная Сука. Видел собственными глазами.

Демонесса надула губки.

— Или… Хм-м-м. Или ты нарочно заставляешь меня находиться в столь беспомощном и унизительном положении? Святой тунец! Мне следовало подумать об этом раньше! Быть может, только женская беспомощность и позволяет тебе ощущать себя мужчиной, тешить угасающее естество? О, бедный мой Лэйд, не переживай, это вполне нормально для мужчин твоего возраста, хоть и немного… обидно, должно быть.

Лэйд поморщился.

— Мы проходили это, Сука. И искушение, и оскорбления.

— Тогда освободи меня, – мягко попросила она, – прочитай еще один свой дурацкий стишок. Дай мне, по крайней мере, размять ноги! Во имя Господа и Дьявола, ты даже не представляешь, что это такое – ощущать реальный мир, но быть не в силах к нему прикоснуться. На одну минуточку, Лэйд!

Он покачал головой.

— Не думаю, что стану это делать. Я все еще хорошо помню, на что ты способна, дьявольское отродье. И каких сил мне стоило надеть на тебя собачий ошейник.

Полуночная Сука не разозлилась, как он ожидал, мгновенно превратившись, по своему обыкновению, в изрыгающее проклятья чудовище, бьющееся в невидимых цепях. Не попыталась разжалобить его. Не гипнотизировала взглядом, мерцающим и тусклым одновременно. Вместо этого она усмехнулась.

— Ну, Тигр! Мы ведь оба знаем, что тебе придется это сделать.

Лэйд нахмурился. Он позабыл, что в природе Полуночной Суки не только дьявольская кровожадность, но и дьявольская же проницательность. А она, конечно, не забыла про его слабости.

— Отчего бы?

Демонесса рассмеялась. Жуткий это был смех – словно кому-то неспешно дробили камнями кости.