Онлайн книга «Материя. Том 1»
|
— Мы оба знаем правила игры, ведь так? Если ты вызвал меня, невзирая на бурление в мочевом пузыре, значит тебе нужны мои услуги. И ты всерьез надеешься, что я стану тебе помогать, обращаясь так с дамой? — Ты не дама, – буркнул Лэйд, – ты чудовище из адской бездны. Полуночная Сука улыбнулась. Несмотря на то, что анатомия человеческого лица была несравненно беднее ее собственной, некоторые ее улыбки можно было считать весьма опасным оружием. Особенно когда они возникали на омертвевшем лице Сэнди Прайс. — У каждой женщины есть право быть чудовищем, по крайней мере несколько дней в месяц. Не хочешь же ты осудить меня только за то, что я пользуюсь этим правом чаще положенного? Дай мне вздохнуть, Taureira[62]! Иначе никакой сделки! Подрочишь себе вялой старческой рукой и отправишься спать. Расслабь цепи, Лэйд! Он вздохнул. Каждый человек, уверенный в том, что в силах торговаться с демоном, или слишком слабоволен, чтобы принять правду, или слишком глуп. Это не сделка, это череда компромиссов и уступок, которые медленно волокут тебя в распахнутую пасть ада. — Хорошо, – сказал он, – сейчас. Час безумству и счастью! О бешеная! О, дай же мне волю! (Почему эти бури и смерчи несут мне такую свободу? Почему я кричу среди молний и разъяренных ветров?) О, испить этот загадочный бред глубже всякого другого мужчины! О дикие и нежные боли! (Я завещаю их вам, мои дети, Я предлагаю их вам, о новобрачные муж и жена!)[63] — Уолт Уитмен, – задумчиво произнесла Полуночная Сука, точно вслушиваясь в эхо уже угасших стихов, – мужеложец и дикарь, но по-своему забавен. Жаль, наше знакомство с ним длилось не очень долго. Ему бы понравилось здесь, на острове. Новый Бангор нашел бы, чем утолить его вечную жажду – как и вечную похоть. Признаться, я ожидала от тебя чего-то более консервативного, Тигр. Изжеванную сентенцию кого-то из елизаветинцев, например, или… Ее прыжок был столь стремителен, что Лэйду показалось, будто вокруг демонессы затрещал сам воздух, не поспевая за ее движением. Этот удар должен был размозжить все кости в его теле, вывернуть его наизнанку, заставить лопнуть под чудовищным давлением грудь, разорвать в кровоточащие клочья… Она замерла в футе от него – остервенело рычащее существо с оскаленной пастью и скрюченными, обратившимися в когти пальцами, стонущее и хохочущее одновременно. — Женская несдержанность, – вздохнул Лэйд преувеличенно серьезно, – как много неприятностей всем нам она подчас причиняет! * * * Полуночная Сука заскрежетала зубами. Обретя контроль над Сэнди, она почему-то не обрела сходства с человеком. Ее тело держалось в неестественной позе, так, будто она не привыкла ни к его устройству, ни к его весу. Руки выгибались под странным углом, словно забыли устройство своих суставов. Пальцы дергались, ощупывая что-то невидимое. Лицо гримасничало, принимая чудовищные формы, а глаза напоминали наполненные ядовитым дымом провалы бездонных шахт. — АХ ТЫ ТРУСЛИВЫЙ ОБОССАННЫЙ НЕДОМЕРОК. ДУМАЕШЬ, МОЖЕШЬ ИГРАТЬ СО МНОЙ, СТАРЫЙ НИКЧЕМНЫЙ СКОПЕЦ? Я ЗАСТАВЛЮ ТЕБЯ ПОЖИРАТЬ СОБСТВЕННЫЕ КИШКИ – ФУТ ЗА ФУТОМ. Я БУДУ ЗАПУСКАТЬ ЯЗЫК В ГНОЯЩИЕСЯ ЯЗВЫ НА ТВОЕМ ТЕЛЕ, Я… — Довольно, – Лэйд устало поморщился, – я сделал, что ты просила. Но даже собака должна знать предел своей цепи. Ты не в силах причинить мне вред, Полуночная Сука, как не в силах и покинуть этот дом. Да, я старый тигр. Но тигров, которые от старости глупеют, отстреливают охотники или сжирают крокодилы. А я, как видишь, еще жив. |