Книга Принц ненависти, страница 129 – Джаггер Коул

Я стискиваю зубы, заставляя себя дышать и тонко улыбаться. Он ухмыляется.

— Очень-очень строптивая. О, я получу удовольствие, ломая твой дух. Но сначала, почему бы тебе не рассказать нам, что за информация из той биотех-компании так нужна Оливеру.

Я облизываю губы и сглатываю.

— Я не знаю.

— Чушь.

— Не знаю. Зачем ему мне рассказывать? Я была его пленницей.

Атлас усмехается: — Я похож на глупого человека?

Да, мне ужасно хочется сказать. Но я знаю, что не хочу платить за это.

— Умная девочка, — хмыкает он, когда я молчу. — Значит, это медицинское, да? Должно быть. Арес! Над чем они работали?

— Секвенирование генов, — бормочет его младший брат, скрещивая руки на груди. — Похоже, это была какая-то вакцина или лечебная терапия.

Губы Атласа злобно изгибаются: — Лечебная терапия. Значит, лекарство, да?

Арес кивает. Атлас поворачивается ко мне.

— Лекарство, — бормочет он. — От чего?

— Я не знаю.

Он вонзает в меня глаза.

— Не заставляй меня ломать тебя прямо здесь, на глазах у братьев, моя маленькая шлюха.

Страх пронзает меня, но я качаю головой.

— Я не знаю.

— Принц когда-нибудь брал тебя в задницу? — рявкает он. — Потому что я могу начать с этого, пока ты не будешь умолять сказать правду...

— Я НЕ ЗНАЮ!

— Брат, прекрати.

Лицо Ареса темнеет, челюсть сжата, он шагает вперёд и опускает тяжёлую руку на плечо Атласа.

— Оставь это, Атлас. Она не знает.

Арес смотрит на меня, удерживая мой испуганный взгляд секунду, затем отворачивается.

— Просто оставь.

— Мне напомнить тебе, дорогой брат, — кипит Атлас, разворачиваясь к Аресу, — кто управляет этой семьёй?

В комнате воцаряется тишина.

— Я лишь говорю, у нас есть другие дела, разве нет?

Атлас ухмыляется, поворачиваясь ко мне.

— Действительно есть, действительно. — Он резко выдыхает. — Ладно, не говори. Это неважно. Я могу догадаться, что это что-то серьёзное, раз ему это так нужно. Рак? — Холодно ухмыляется он. — Или что-то другое, столь же смертельное, возможно?

Он вздыхает, приближаясь ко мне, по коже ползёт холод.

— Это неважно, даже если так. Потому что, видишь ли, моя маленькая шлюха, я ненавижу незакрытые вопросы. Так что, чем бы он ни болел, я собираюсь избавить его от страданий.

Остатки цвета покидают моё лицо.

— Нет...

— О да, ещё как да.

Что-то жестокое и злое вонзается в моё сердце, я задыхаюсь, когда слёзы начинают застилать глаза. Атлас ухмыляется мне и поворачивается к братьям.

— Готовьте людей. Мы скоро выходим.

Он поворачивается ко мне, когда Арес и Кратос уходят.

— Я получу удовольствие, заставляя тебя плакать позже, шлюха. Но сначала ты заплатишь за свой дерзкий язык.

Он смотрит на двух смуглых охранников за ним.

— Всё, что ниже шеи, — моё, — рычит он, затем ухмыляется садистской улыбкой. — Но можете использовать её рот по своему усмотрению.

Атлас усмехается мне, поворачивается и с грохотом закрывает за собой дверь.

Мгновенно двое охранников переглядываются, затем смотрят на меня, широкие улыбки расползаются по их лицам.

— Блять, я люблю работу с бонусами, — усмехается один другому, когда они оба подходят ко мне.

— Подождите... пожалуйста...

— Меньше слов, — усмехается один. — И больше соса...

Дверь с грохотом распахивается за ними. Прежде чем они успевают обернуться и прежде чем я вижу, кто там, внезапно два хлопка раздаются в комнате. Оба мужчины хрипят, и я не понимаю, почему мои туфли внезапно мокрые, красные и липкие, пока внезапно я не понимаю.