Книга Помни, что ты моя, страница 40 – Ольга Люм

— Пора, — сказал Артём, целуя меня в лоб. — А то умрём с голоду посреди этого любовного ложа.

— Трагично, — вздохнула я с комичной серьёзностью. — Мир потеряет двух великих любовников.

Мы поднялись, накинули халаты и босиком отправились на кухню. Уже скорее обедать, чем завтракать. Я приготовила яичницу с беконом и авокадо, он нарезал хлеб и налил свежевыжатый сок. Ели за большим кухонным островом, болтая о пустяках, смеясь, иногда просто переглядываясь — и в этих взглядах была вся вчерашняя ночь и тихое удивление от того, что вот так, просто, может быть счастье.

После еды мы перебрались в гостиную, устроились на диване и начали лениво обсуждать, чем заняться в оставшийся день. Может, поехать за город? Или снова в кино? Или просто валяться здесь, никуда не торопясь?

И тут ему позвонили. Он взглянул на экран, и по его лицу пробежала тень досады.

— Прости, это срочно. Нужно проконтролировать один момент на объекте, — сказал он, уже поднимаясь. — Я не задержусь. Пару часов. И весь вечер — твой.

Он поцеловал меня на прощание — быстро, но крепко, и уехал. В доме снова воцарилась тишина, но теперь она не была пугающей. Она была мирной. Я недолго постояла у окна, глядя, как его машина скрывается за поворотом.

И в голове, как назойливая муха, снова всплыл ноутбук. Та самая папка. Правда, которую Артём рассказал, была одна. Но оставалась ещё и моя правда. Правда прежней Алины, застывшая в юридических документах.

«Нет, — подумала я решительно. — Хватит. Нельзя жить с этой миной замедленного действия».

Я прошла в спальню, достала ноутбук из ящика тумбочки (я убрала его туда после вчерашнего разговора, будто пряча улику) и открыла. Сердце забилось чаще, но на этот раз не от страха, а от решимости. Я зашла в папку «Развод» и на этот раз стала изучать всё тщательно, вникая в даты, формулировки, пометки.

Мне нужно было понять, на каком этапе всё застряло. Насколько далеко зашла та Алина в своём стремлении разорвать узы, которые сейчас были для меня дороже жизни.

Час кропотливого чтения, и картина вырисовалась с леденящей ясностью. Прежняя-я действительно готовила почву. Консультировалась с адвокатом (контакты были сохранены), составляла списки имущества (наш безупречный дом был расписан по полочкам, включая мои не ношеные сумки), черновики заявлений… Но самого процесса ещё не было. Юридически мы всё ещё были мужем и женой. Ключевая дата, три года с момента свадьбы, на которую, видимо, была намечена подача документов, должна была наступить… через неделю.

Я откинулась на спинку кресла, и из груди вырвался долгий, глубокий, облегчённый вздох. Слава Богу. Слава всем богам, случайностям и тому льду на тротуаре. Я не успела. Не успела натворить самой большой глупости в своей жизни. Не успела потерять его навсегда из-за своей гордыни, боли и неумения говорить.

Теперь нужно было это исправить. Не в моральном смысле — это мы уже начали делать с Артёмом. А в юридическом. Убрать этот дамоклов меч, это напоминание о нашем неудачном старте.

Я нашла в документах номер адвоката, с которым вела переписку. Набрала его. Голос в трубке был вежливым, деловым.

— Алина Артёмовна? Что-то случилось?

— Здравствуйте, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Я звоню насчёт нашего дела. По бракоразводному процессу.