Книга Ты ушёл. Но не отпустил, страница 63 – Саша Вельская

Тамара Леонидовна прослушала файл в наушниках.

Один раз.

Потом открыла его свойства на компьютере.

— Пересылали кому-нибудь?

— Только вам.

— Исходное сообщение сохранили?

— Да.

— Номер тот же?

— Нет. Каждый раз новый.

— Запись могла быть смонтирована.

— Голос Романа.

— Я слышу.

— И Павла.

— Похоже.

— Этого хватит?

Она сняла наушники.

— Для чего?

— Чтобы суд понял, что он делает.

— Без подтверждения подлинности и источника противная сторона назовёт файл подделкой.

Я уже ожидала этот ответ, но всё равно стиснула зубы.

— Можно провести экспертизу.

— Можно. Но сначала нужно получить оригинал, а не файл, пересланный через мессенджер.

— Значит, снова ничего?

— Не ничего. Запись подтверждает направление, в котором следует искать.

— Какое направление?

— Утечка внутри его окружения.

Я села напротив.

— Валерия?

— Она уже передала карту памяти. Но стала бы присылать запись анонимно?

— Возможно, боится.

— Тогда зачем передавала файлы лично?

— Не знаю.

— Кто ещё имеет доступ к разговорам Романа с Павлом?

— Секретарь. Водитель. Охрана.

— Кирилл?

— Начальник безопасности?

— Да.

— Он сам следил за вами. Зачем выдавать заказчика?

— Деньги. Месть. Страх.

Тамара Леонидовна сделала копию файла на защищённый носитель.

— Мы должны найти отправителя.

— Как?

— Не отвечайте на номер. Когда придёт следующее сообщение, сразу сообщите мне. И полиции.

— Они не нашли даже человека в доме напротив.

— Это не значит, что перестанем фиксировать.

Я устало закрыла лицо руками.

— Иногда мне кажется, что вся наша защита — это папки.

— Папки переживают человеческую память.

— Пока он действует.

— Он действует быстро, потому что привык решать до того, как другая сторона успеет понять правила. Мы лишаем его этого преимущества.

— Пока он снимает моих детей.

— Мы подадим ходатайство об ограничении способов сбора информации и приобщим сообщения к материалам проверки.

— Суд запретит ему следить?

— Если докажем, что следит он.

— И снова это «если».

Тамара Леонидовна посмотрела на меня.

— Вы хотите, чтобы я сказала: завтра всё закончится?

— Да.

— Не закончится.

Честность ударила, но одновременно вернула опору.

— Тогда скажите, что делать сегодня.

— Сегодня вы поедете на психологическое обследование с детьми. Будете спокойны. Не подсказывайте ответы. Не обсуждайте отца по дороге. После встречи вернётесь домой и продолжите работать.

— Как будто ничего не происходит?

— Нет. Как человек, который не отдаёт противнику всю свою жизнь.

Психолога звали Анна Сергеевна.

Ей было около сорока. Мягкий голос, тёмные волосы, собранные в пучок, кабинет с игрушками и двумя креслами, стоявшими не друг напротив друга, а под углом.

Сначала она разговаривала со мной.

— Дети знают о причине расставания?

— Нет.

— Они знают о новой партнёрше отца?

— Да. Он познакомил их почти сразу.

— Как вы к этому относитесь?

Я вспомнила совет не превращать разговор в жалобу.

— Мне кажется, переход был слишком быстрым. Но я стараюсь не передавать детям собственные чувства.

— Получается?

— Не всегда.

Она кивнула.

— Хороший ответ.

— Почему?

— Потому что родители, уверенные, что никогда не передают детям тревогу, обычно просто не замечают этого.

Анна Сергеевна записала что-то.

— Близнецы боятся отца?