Книга Тарский горячий твой, страница 19 – Хельга Дюран

Юля делала вид, что моет плиту, а сама поглядывала на меня — ем я или не ем? А я поглядывал на её колышущуюся в такт движениям грудь. Красивая она всё-таки, зараза такая!

— А что на обед, Юленька?

— Что пожелаете, босс. Давайте вы как-то сами определитесь и поконкретней?

Босс? Мне нравится "босс". Похоже, увольнение откладывается. Изысканную кухню оставим для гостей, а я пока перебьюсь обычной человеческой едой.

Я, Иван Петрович Марков, человек, которого боялись деловые партнёры и уважал весь город, только что был куплен. Куплен за стопку блинов, тарелку сметаны, ложку мёда и пару классных сисек.

Вот такая я дешёвка бесхребетная.

Слава богу, меня не уволили.

Понятия не имею, что там стряслось у Петровича, я тоже ела пасту, и мне было норм.

По-моему, он просто решил до меня докопаться, вот и всё. Блины он слупил за считанные минуты не опасаясь за свой животик. Сметану выскреб до дна, мёд слизал с ложки. Когда отодвинул пустую тарелку и вытер салфеткой рот, я аж вздохнула с таким облегчением, что, кажется три пота с меня сошло.

Хороший рецепт. Если мой рабовладелец не обдрищется, можно брать на заметку.

— Спасибо, Юленька, было вкусно, — сказал Иван и поднялся из-за стола. — Пойду машину погрею пока. Мы собирались за ёлкой, — напомнил он.

— Да-да, Иван Петрович, всё в силе. Едем!

Я домывала посуду в тишине и одиночестве, только на душе птички пели.

Мой вчерашний план "спящей красавицы" сработал. Я боялась, что Иван меня разбудит и отправит домой, но он оказался милашкой. Будить не стал, ещё и пледиком укрыл.

Сегодня нужно повторить, и можно спокойно переезжать.

Потому что жить с престарелой тёткой — это, конечно, надёжно, но не перспективно. Там кошки, вязание, разговоры про давление и погоду. А тут простор, тишина, камин, мужик, который не задаёт лишних вопросов.

В доме Маркова было достаточно всего. Места. Воздуха. Возможностей. И я очень не хотела возвращаться обратно к тёте Тане.

Раз вчера не выгнал, то и сегодня не выгонит. Я же вижу: он не злой. Он просто строгий и зануда немного, но точно не тиран.

Я оделась, вышла из дома и охренела.

Не удивилась, не обратила внимание, на заценила, а именно охренела, потому что возле забора стоял ОН.

Джип Ивана.

Не просто машина, а, сука, аппарат! Чёрный. Блестящий. Огромный. С высоким клиренсом, широкими колёсами и таким видом, будто он может спокойно переехать любого и даже не заметить.

Я зависла на крыльце.

Вот это да…

В Москве такие машины либо у бандитов, либо у мужиков, которые слишком много зарабатывают и слишком мало объясняют. И судя по Ивану — он был из второй категории. Хотя иногда казалось, что и из первой тоже. И вообще, что я о нём знаю? Только то, что ему макароны с салом не подходят, и больше ничего.

Металл блестел холодно, без показухи. Никакой вычурности типа: смотрите, я богатый. Всё строго, сдержанно, дорого. Как он сам. Машина стояла уверенно, будто знала, что её хозяин никому ничего доказывать не собирается.

Я спустилась по ступенькам медленно. Не потому что спешить было некуда. А потому что хотелось растянуть момент. Посмотреть. Осознать. Привыкнуть к мысли, что я сейчас сяду в это, а не в маршрутку с тётками и пакетами.

Иван вышел из-за машины и открыл для меня дверь. Теперь я охренела ещё больше.