Книга Немезида Forever, страница 8 – Ирина Шайлина

Мы поели и пошли дальше. Миша был вялым и ел неохотно. Меня это очень тревожило. Он был ношей, камнем на шее. Но он был маленьким и беспомощным. И единственным человеком, который был рядом. Я не могла представить себя в одиночестве посреди этого сырого, промёрзшего кошмара.

Спустя время мы вышли к торговому комплексу. Это я поняла по огромной, почти полностью сохранившейся стоянке, с разметками для парковки. Меня посетила мысль порыться в развалинах, но я была вынуждена отступиться. Найти там ничего не было возможно, кроме переломов ног меня там ничего не ожидало. И мы пошли дальше. Я обогнула ТЦ и нырнула в частный сектор. Весь район был затоплен, местами по колено. Иногда я проваливалась по пояс. От холода не чувствовала ног. Думала, здесь разрушений будет меньше, но не тут-то было. Ни одного человека я не увидела, хотя некоторые дома стояли почти целыми. В одном доме были только выбиты стекла, я хотела войти и остановиться на ночевку, но изнутри он был разрушен. Просел пол, с потолка попадали потолочные балки. И пахло мертвечиной.

Куда же исчезли люди? Неужели они все умерли? И когда же, в конце концов, появятся спасатели? Вопросов было все больше, но ответов дать было некому. Зато теперь я понимала, где мы находимся: ТЦ и эти дома находились совсем рядом с выездом из города. Здесь, всего в шестидесяти километрах по трассе, находится дача моей бабушки. Быть может, деревня сохранилась лучше? Бабушка купила дом в маленьком, заброшенном посёлке рядом с озером. Кроме нее там жили всего три старушки и один дед. Именно с ними она и дожила свой век. Может быть, мне не стоит ждать помощи в этом мертвом городе, где даже негде укрыться, а попытать счастья там? Только бы разрушения не коснулись деревни! У бабушки есть и печка, и колодец... Последние дни мне приходилось брать воду прямо из многочисленных луж и ручьев, щедро накормленных дождями. Я фильтровала ее, как могла, но на зубах все равно скрипел песок. Я и думать боялась о том, какую заразу из этой воды мы можем подхватить.

— Идем в деревню, Мишка, — сказала я. Ребенок не ответил, подозреваю, что я совсем ему не нравлюсь.

Здесь, в наиболее сохранившемся доме, я нашла детскую коляску. Слава богу, что пустую. Зажимая пальцами нос, пробралась в дом через окно кухни, так как коридор был разрушен. Взяла несколько одеял, и все продукты, что нашла. Самой главной находкой были спички, их я бережно завернула в пленку. В одной из комнат потолочной балкой был убит мужчина. А хозяйка, пожилая женщина, сидела в кресле, совершенно без повреждений. Наверное, не выдержало сердце.

Я настелила одеял в коляску, посадила в нее ребенка, сложив вниз весь нехитрый скарб. Выглядело очень апокалиптично, в лучших традициях жанра. Ночевать решила тут же, на веранде этого дома. Она была относительно защищена от ветра, вода до нее не добралась. Из дома я вытащила матрас. Спали мы с комфортом.

Утром я уже катила коляску. Уставали руки, порой было тяжело брать препятствия, которых было не счесть. Но столько вещей я бы на себе не унесла, поэтому приходилось мириться с неудобствами. К счастью, уже через несколько часов мы выбрались на возвышенность, вода здесь присутствовала лишь в виде грязных ручьев, и катить коляску стало не в пример легче. Несколько раз мне слышалось, что я слышу за собой шаги. Я испуганно оборачивалась, но никого не видела. Паранойя набирала обороты. Дошло до того, что я, обойдя разрушенный дом, затаилась за ним, прислушиваясь. То были не шаги. Цокот копыт. За мной шла коза: белая, рогатая, с обрывком веревки на шее.