Книга Второе замужество миссис Каммингс, страница 50 – Полина Сутягина

Я не знала, где искать поддержки в этот момент, когда вдруг почувствовала ясно вновь, что за столом нас четверо. Видимо, в это мгновение что-то в моем взгляде изменилось, и Клер отпустила меня, вернувшись к трапезе.

Уже к концу обеда брат вдруг заметил:

— Все-таки жаль, что ты больше не держишь лошадей, дорогая. Я подумал, было бы неплохо прогуляться верхом. Быть может, нам написать Марии, чтобы прислали наших? Или купить здешних скакунов? Я слышал, северные лошади выносливее. Уверен, кто-то из соседей разводит.

— Я могу написать Марии, если ты хочешь, – сразу поддержала я брата. Мне было не свойственно вот так высказываться до мнения хозяйки. Но хотелось бросить Клер ответный вызов, чтобы вернее замаскировать свое проявление страха.

Клер выдержала паузу, промокнув губы льняной салфеткой.

— В этой части страны, как вам известно, земельные наделы обширнее, чем в которой вы выросли. Мы крайне редко видимся с соседями. И с тех пор, как в этой семье никто больше не интересуется охотой, пожалуй, и вовсе не видимся. Но если тебе, дорогой, так хочется верховых прогулок, я выясню, где можно найти лошадей. Не стоит утруждать вашу экономку.

После этого она поднялась, призывая Ричарда последовать за ней, и мы с Бардальфом остались одни в зале.

Я облегченно вздохнула. А потом тоже поднялась и проследовала в нижнюю залу. Я знала отчего-то, это будет приятно моему спутнику. Открыв крышку рояля, я посмотрела туда, где, возможно, был он, и улыбнулась.

Он был рядом. Я начала мелодию, и он подхватил, медленно видоизменяя ее, превращая во что-то новое. Невольно заслушавшись, я убрала руки с клавиш, и теперь уже совсем иная музыка полилась в залу из-под пальцев невидимого пианиста. Она была мне не знакома, но отчего-то казалось иначе. Как будто не сама мелодия, а то, о чем она повествовала, было знакомо мне. На мгновение мне почудилось, что я почти вижу силуэт играющего. И даже если бы это было правдой, он вряд ли заметил бы это, погруженный в создаваемую им музыку.

Никто не тревожил нас. И мы несколько часов не покидали рояля, говоря друг с другом языком черно-белых клавиш и струн, задеваемых их молоточками.

===

Кажется, они полагают меня всемогущим джином из восточной сказки! Добудь горничную, добудь коней… Слушаю и повинуюсь, мой господин! А Бардальф просто сидит за столом и ухмыляется. И сонные травы не подействовали, впрочем, я не очень-то на них рассчитывала. Но самое возмутительное – это поведение девчонки! Как она посмела просто пнуть мою курильницу своим ботинком?!

Но я преподала ей урок. И не только этот. Если она хочет войны, то будет ей война. До этого были лишь предупреждения. Пора показать ей Инес Барбацзуро!

Она может сколько угодно заигрывать с призраками, но я видела страх в ее глазах. Я хорошо знаю этот взгляд, она может одурачить кого угодно, сдерживая его проявления, но меня не обманешь. Хотя надо отдать ей должное – сегодня за столом она хорошо держалась.

Все же нужно где-то достать лошадь. В конце концов, в округе должен хоть кто-то держать приличную конюшню. Придется облететь вечером всех соседей.

Холодный северный ветер раскачивал сформированные его дуновением кроны, солнце уже зашло, но его отблески еще укрывали розово-фиолетовой вуалью вереск, над которым каплей туши, оброненной с пера, плыла моя тень. Вечерние полеты одни из моих любимых: свежесть умирающего дня и обещание предстоящей бесконечности, которую дарит ночь. Словно все возможно, словно на кончиках твоих пальцев творится Вселенная. Но с первым проблеском рассвета эта уверенность исчезает, полностью растворяясь к полудню, как и тени.