Книга Делагарди, страница 104 – Элизабет Кензи

— Семейный архив, — солгала я привычно. — Бабушка любила шифры.

Алекс хмыкнул, явно не поверив, но настаивать не стал.

— Ладно. К делу. Перевод сложный, требует контекстного анализа. Моя ставка — сто долларов за тысячу слов.

Я едва не выдохнула вслух от облегчения. В моем кармане было не так много денег, но тексты в письмах были короткими, отрывистыми. Всего наберется слов тыщи две, не больше.

— Это справедливо, — кивнула я, подавляя улыбку. — Я отправлю вам первый фрагмент сейчас. Это… тест. Мне нужно убедиться, что мы понимаем друг друга.

Я скинула ему фото того самого куска, который мы уже перевели с Арденом в первый вечер. Если Алекс переведет иначе — значит, Арден мне врал. Если так же — значит, Ардену можно верить. Хотя бы в лингвистике.

— Получил, — кивнул Алекс, щелкая мышкой. — Дайте мне пару дней.

Ответ не заставил себя ждать, и через день на почту упало письмо.

Перевод был сухим, академическим, лишенным той поэтичности, которую вкладывал Арден, но смысл был идентичен.

Арден не врал.

Я тут же перевела Алексу двадцать долларов и прикрепила следующий скан — кусок, который я еще никому не показывала. Теперь у меня была страховка.

Но полагаться только на парня из интернета я не могла. Мне нужно было больше. Мне нужны были книги, которые хранились только в одном месте на земле.

Я вернулась в замок через неделю.

Утро начиналось в «Теnе», где я механически варила кофе, стараясь не встречаться взглядом с пустующим местом администратора. Систематично делала прививки от бешенства. Днем я спала урывками, мучимая жарой, а вечера мы проводили здесь, в замке. Кошмары больше не беспокоили. Арден, Леонор — они что-то знали, но ни в какую не хотели открываться мне. Кто-то вел закрытую игру, иначе поверить в то, что наследники хелиона ничего не знали, значило быть идиоткой. А ей быть я уже устала.

Но стоило наступить ночи, как правда выжигала эти сомнения, заставляя искать спасение там, где его быть не должно. Я возвращалась к нему, потому что искала убежище.

После того случая с лампочкой и аварией моя собственная кожа казалась мне невероятно тонкой, чтобы удержать то, что творилось внутри. Наша квартира с картонными стенами казалась игрушечным домиком, готовым сложиться от одного моего неосторожного вздоха. И если все звуки сольются в какое-то еще заклинание, дом может не выдержать. Я смотрела на Дакоту, и меня накрывал ужас: я могу навредить ей.

Замок Делагарди был другим.

Стоило мне переступить его порог, как я понимала: это место было крепостью не только снаружи. Даже если здесь что-то произойдет, эти стены выдержат. Думаю, они видели вещи и пострашнее. А Арден… казался скалой, о которую можно биться, не боясь разбить.

Так началась наша странная, изматывающая рутина.

У меня был переведен наперед только один отрывок. Чем дальше мы переводили, тем запутаннее все звучало и тем дольше отвечал Алекс. Перевод Алекса стал еще более корявым, но смысл был. С Арденом мы философствовали. Слова раскладывались ровно, лаконично.

Но самое главное, моя паранойя стала моим лучшим стратегом. Я решила, что не дам Ардену в руки все и сразу. Пусть ведут свои интриги, но в библиотеке будут мои правила.

Я переписывала письма от руки, вырывая предложения из контекста, меняя их порядок, чтобы он не мог уловить общий смысл послания. Я приносила ему огрызки полного текста. И он это знал.