Книга Делагарди, страница 107 – Элизабет Кензи

— Ну, как твои успехи? — спросила Иди, бросая кубики. — Выяснила что-нибудь про язык? Или про маму?

Я напряглась, переставляя свою фишку.

— Пока мало что понятно, — уклончиво ответила я.

— Это фигово. Нас, кстати, соседи затопили, представляете?

— Зачем? — спросил Лой.

Дакота ошарашено на него посмотрела.

— Ты не выспался?

— Ужас, — протянула я, вспоминая своего соседа. Был отличный момент узнать про Сьюзи.

— Кстати, Иди… Я тут общалась с соседом. С тем дедом напротив.

— С мистером Хендерсоном? — Иди подняла брови. — Он еще открывает дверь?

Мои брови непроизвольно взлетели.

— Да… он упоминал имя Сьюзи, — я внимательно следила за ее реакцией. — Это твоя бабушка?

Иди замерла с карточкой «Шанс» в руке. Ее лицо смягчилось, уголки губ выгнулись к подбородку.

— Да, — тихо сказала она. — Это такая… печальная история. Они были влюблены в молодости. Собирались пожениться. А потом что-то случилось, бабушка никогда не рассказывала, что именно. Они расстались, а дед сейчас вроде с деменцией. Не знаю, болен чем-то.

— Да, он странный, — подыграла я.

Пазл в голове щелкнул, но картинка не сложилась. Деменция объясняла его поведение, но не объясняла того, что он знал про хелион. Откуда у него был листок с древним текстом?

— Твой ход, — Иди протянула мне карточку.

Я потянулась за картонкой. Наши пальцы соприкоснулись.

Воздух сжался и лопнул с сухим треском.

Боль прошила руку иглой, вонзившейся под ноготь и пропоровшей нерв до самого локтя. Я отшатнулась, прижимая ладонь к груди, унимая дрожь, скрутившую мышцы.

Иди сдавленно вскрикнула. Картонная карточка выскользнула из ее пальцев и медленно спланировала на ковер. Иди схватилась за запястье, лицо побелело, губы сжались в тонкую линию.

Лой застыл, пальцы выпустили игральные кости. И они прокатились, складываясь в число пять. Дакота продолжила жевать пончик, смахивая рукой пудру с губ.

Я смотрела на руку Иди. На тонкой коже внутренней стороны запястья, там, где секунду назад были мои пальцы, вспухало пятно. Это должно было быть покраснение от удара. Но след выглядел как настоящий ожог. Багровый отпечаток, похожий на клеймо, пульсирующий жаром.

— Ауч! — она потрясла рукой, ее глаза расширились. — Что за черт⁈

Я хотела ответить, но язык присох к небу. Кончики пальцев покалывали.

— Я не знаю… — голос звучал чужим, скрежещущим. — Это… ковер. Синтетика. Статика…

— Статика не плавит кожу, Мирна! — выкрикнула она, срываясь на визг. Она терла запястье, но краснота только наливалась, становясь яркой.

— Ой, да прекратите! — смех Дакоты резанул по ушам, как битое стекло.

Она хлопнула в ладоши, разбивая этот вязкий купол ужаса. Жест был резким, дерганым.

— Вы просто переиграли! Накал страстей, битва за Средиземье! — она тараторила, захлебываясь словами, ее глаза лихорадочно блестели. — Мирна у нас просто на взводе, вот и искрит! Иди, давай сюда руку, сейчас лед приложим, и все пройдет.

Она вскочила, схватила бутылку с водой из холодильника и приложила к запястью Иди. Она прикрывала меня? Или сама верила в это?

Но пятно на руке Иди никуда не исчезло. Оно порозовело. Это была не статика.

Вечер свернулся, как сухой лист в огне. Иди ушла почти сразу, сославшись на усталость, но я видела, как она баюкает обожженную руку, прижимая ее к животу. Лой и Дакота делали вид, что ничего не произошло, но я видела, что даже в глаза Дакоты закралось сомнение.