Книга Графиня Оболенская. Опережая время, страница 124 – Айлин Лин

— Не скажу. Гранит здесь только облицовка. Под ним — насыпной грунт и старые сваи, а состав и несущую способность нижних слоёв ещё предстоит определить. Поэтому красивые пяты на рисунке ничего не стоят без изысканий. Я заложила трёхшарнирную арку, два самостоятельных устоя с большими фундаментными массивами и свайными полями. Но на какой глубине закладывать подошву и сколько понадобится свай, покажут скважины и осмотр вскрытого основания. А ваш расчёт должен ответить, выдержит ли грунт распор арки. Начерно у меня всё сходится. Теперь надо доказать, что мост устоит не только на бумаге. Если исследования покажут, что эта схема не годится, выбросим мой проект без жалости и поищем другое решение.

— Кроме распора, надо проверить осадку устоев, — заметил Тарасов, перестав хмуриться. — Разную. Один берег сядет на вершок больше другого, и ваша красавица это тут же почувствует.

— Затем и третий шарнир. Но чувствительность к осадке всё равно просчитаем, — кивнула я.

— Сталь? — коротко спросил Веретенников.

— Мягкая мартеновская. Прокатные листы и уголки, клёпаные решётчатые рёбра. Из каждой плавки будем делать пробы на разрыв, удлинение и загиб; все принятые листы должны быть с заводским клеймом.

— А монтаж?

— Сплошные кружала, деревянную форму под всю арку, через Неву не поставишь. Судоходство никто не закроет. Собирать будем от обоих берегов навстречу. Пока арка не замкнута, каждая половина — это всего лишь огромная консоль, поэтому подвесим её тросами к временным башням, а башни оттянем назад, к береговым якорям. Замок сведём в середине при расчётной температуре. Для береговых подмостей и монтажных башен мне и нужны ваши деревянные фермы.

Веретенников медленно потёр ладони друг о друга. Такого выражения лица я у него не видела ни разу за всё время совместной работы. Азарт, смешанный с мальчишеским предвкушением.

— А ветер? — Тарасов подошёл к доске и встал напротив чертежа. — Два ребра высотой с дом и настил между ними. Осенью тут с залива дует так, что конку останавливают.

— Соединим рёбра поперечными балками и диагональными раскосами. Посчитаем давление сбоку, подъёмную силу на настиле и кручение. И ещё проверим раскачивание. Лёгкий настил на таком пролёте ветер вполне может раскачать, поэтому надо рассчитать возможные колебания и не допустить резонанса. Для проверки сделаем уменьшенную модель, Огнеслав Степанович поможет устроить её испытание в воздушном потоке.

Костович вынул трубку изо рта и коротко кивнул. Тарасов задумчиво на меня посмотрел, но спорить не стал, хоть и умел. Спорщик из него был яростный, но сейчас он чуял, что всё это не блажь, а интереснейшая, вполне осуществимая задача.

— Берега, — подал голос Лидваль, — мне нужны точные обмеры набережных, шурфы у старых устоев, буровые скважины и планы прежних работ, если они сохранились в архиве управы. И все, какие есть, сведения о старых сваях.

— Архив и разрешение на изыскания возьмёт на себя Пётр Ильич, — ответила я. — Всё будет сделано официально. Если управа желает честного конкурса, она обязана дать участникам одинаковые сведения о грунтах. А ежели не даст, то бурить будем за свой счёт, но тоже с разрешения.

Пётр устало прикрыл глаза — хлопот ему только что прибавилось, и немало.

— Один вопрос практический, — Разумовский поднял ладонь, обращая на себя внимание. — Конкурс анонимный. Но, Александра Николаевна, после газет вас знает весь город. Комиссия увидит эту дугу, какой никто не строил, и первое, что подумает, а не ваша ли это идея? И не даст нам победить.