Книга Смерть как искусство. Том 2. Правосудие, страница 71 – Александра Маринина

— Хочу посмотреть, что делается у него в квартире, живет ли там кто-нибудь, и что там есть интересного, – объяснила она Сергею.

— Забудь, – тут же отозвался Зарубин. – Одна ты туда не пойдешь.

Настя спохватилась и осеклась. Сережка прав, визит в квартиру потерпевшего надо осуществлять, имея определенные полномочия. А то явится она туда, шороху наведет, а когда придут проводить обыск или выемку, там уже ничего не окажется. Никак она не может перестроиться и постоянно помнить, что она – никто. Но ведь где-то же лежат материалы следователя Тихомирова, и где им еще быть, как не дома у журналиста, коль в квартире при театре их не обнаружили.

— Но мне надо, Сереж, – жалобно проныла Настя.

— Завтра поедешь вместе со Сташисом. Если ты думаешь, что надо будет производить выемку или обыск, позвони прямо сейчас Блинову и предупреди, чтобы готовил бумаги, а то завтра его наищешься.

— Завтра воскресенье… А сегодня я уже все равно здесь. Ну, Сереж, придумай же что-нибудь!

— Я сказал – нет, – твердо отрезал Зарубин. – Будешь своевольничать – Коле Блинову на тебя накапаю. Пална, не выклевывай мне мозги.

Она хотела еще сказать ему про свою многострадальную спину, которая просто не вынесет еще одной завтрашней поездки в такую даль, но остановила себя. Нечего жаловаться. Хочешь работать – работай, хочешь болеть – болей, и если совмещать одно с другим не получается, не надо вешать эту проблему на третьих лиц, это проблема твоя и только твоя, и разбираться с ней надо самостоятельно.

Поездка воскресным утром за город оказалась намного более приятной, чем в будний и даже в субботний день, дороги были совершенно свободными, и машина летела вперед, почти не останавливаясь. Ехали на Настиной машине, но она попросила Антона Сташиса сесть за руль, а сама откинула спинку переднего сиденья и, извинившись перед спутником, приняла горизонтальное положение. Так было гораздо легче.

— Анастасия Павловна, помните, вы обещали мне объяснить, почему мне не нужно у вас учиться, – неожиданно сказал Антон.

Конечно, она забыла. Но после его слов вспомнила и улыбнулась.

— Вы действительно хотите услышать ответ?

— Действительно. Иначе не стал бы напоминать.

— Видите ли, Антон, если вы начнете у меня учиться, это может повредить вашей карьере. Вы же хотите сделать карьеру?

Вопрос был риторическим, Настя была уверена, что ответ ей известен, и оказалась страшно удивлена, услышав слова Антона:

— Не уверен. Я об этом пока не думал.

— Ну, это вы пока не уверены. Скоро начнете думать и поймете, что карьеру делать хотите. Так вот, Антон, в нашей системе карьеру делают те, кто умеет раскрывать преступления по горячим следам. Именно таких людей ценят начальники, потому что с начальников всегда спрашивают быстрый результат, и кто из подчиненных может этот быстрый результат обеспечить, тот и лучше, тот и более перспективен. Но для этого надо иметь быструю реакцию и молниеносное цепкое мышление, которых у меня, честно вам признаюсь, нет и никогда не было. Зато я умею работать с большими массивами информации, которая уже собрана, то есть не по горячим следам, а тогда, когда все, что можно, уже остыло и никуда не убежит. Я, Антон, жутко медлительная, но зато так же жутко усидчивая. Для работы с массивами информации нужна чугунная задница, так вот, она у меня есть. А у вас ее нет, и не надо, чтобы была, потому что вы – мужчина, у вас дети, вам надо двигаться по служебной лестнице, получать большую зарплату и их кормить. У меня, Антон, совсем другой характер и совсем другой менталитет, и не надо вам у меня учиться, эдак вы карьеры не сделаете. Учитесь лучше у Сергея Кузьмича.