Книга Дочки-матери, страница 73 – Алина Дягилева

Баба Лара задумалась.

— Поженились мы с тобой в семидесятом, потом Ярочка родился в семьдесят первом, а потом… потом мы в восемьдесят четвертом и уехали отсюда, кажется. Долго дом один стоял, не хотели мы в него возвращаться. Вокруг старое все сносили, а новых домов понастроили, люди начали приезжать жить. И вот мы на старости лет и решили вернуться.

— Ага, – подхватил ее муж. – Пять лет вот как живем. А до этого в городе, ага. Я там на заводе работал, а Лара в магазине. А как стало пора на пенсию, так и вернулись. Столько лет прошло, чего бы уже и не вернуться.

— Получается, ребята, мы вам можем только про совсем старые времена рассказать, а что тут было после нашего отъезда, мы толком и не знаем. У нас тут и знакомых-то не осталось почти, когда мы уехали. Все тогда уезжали. Так и кончилась Трясина. – Баба Лара встала из-за стола и начала подливать детям лимонад.

— Так нам про старые времена и нужно! – воскликнула Марго. – Когда еще была деревня, жителей много было? Как вы тут жили, чем занимались? Расскажите нам, пожалуйста!

Дед Леша погладил свои усы и хлебнул из кружки.

— Да чем занимались – известно чем! Пока маленькие были, родители работали, мы помогали, чем могли. А потом, как подросли, так уже и сами работали – и в поле, и в лесу на лесозаготовке – всем работы хватало!

Марго достала блокнот и ручку (и откуда она только их взяла?) и стала что-то записывать.

— Скажите, пожалуйста, – обратилась она к деду Леше, – а во сколько лет вы начали работать наравне со взрослыми? Я слышала, что в те времена дети начинали работать очень рано.

Дед Леша усмехнулся.

— Ну так, известное дело, в десять лет уже на покос с отцом ездил, косил сам, а брат младший в снопы убирал. В двенадцать деревья рубил в лесу, ну, с отцом, конечно.

— Тяжело, наверное, было?

— Да что там, у всех так было. Дети тогда рабочей силой были. Чем больше детей в семье, тем больше работников. Ну и ртов, конечно. – Дед заливисто захохотал.

— А как же вы тогда отдыхали? Вы ведь все же детьми были, вам, наверное, хотелось играть, веселиться?

— Отдыхали? Да как отдыхали. Соберемся вечером в избе у кого-нибудь или во дворе, когда тепло, да и отдыхаем. Сидим, калякаем.

— Так мы с Лешей и сдружились, – улыбнулась баба Лара. – Заслушалась баек его.

— Так вы истории любили рассказывать? – Марго старалась не выдать разыгравшегося в ней любопытства и нетерпения.

Дед Леша усмехнулся в усы, потом резко сделался серьезным.

— Лара говорит, я выдумывал все, а я чистую правду рассказывал.

Баба Лара махнула на него полотенцем.

— Не забивай голову ребятишкам, дед! Они по истории доклад делать пришли, а не по сказкам твоим страшенным.

— А вот и не сказки! – взвился дед. – Не сказки!

Ребята молча наблюдали за словесной перепалкой, не понимая, всерьез старики ругаются или в шутку. Потом баба Лара махнула рукой и села за стол.

— Ну тебя!

Дед с видом победителя развалился на стуле и, обведя ребят пристальным взглядом, сказал:

— Было тогда, ребята, в деревне страшно. Не все время. По ночам только.

Дети вытянулись по струнке. Довольный произведенным эффектом, дед продолжал:

— Утонул у нас в болоте мальчишка один…

— Да рассказывала я уже! – перебила его баба Лара.

Ребята закивали.

— Нам Лиса рассказала.

— Рассказывала она! – Дед сердито посмотрел на жену. – А что потом было, рассказывала?